КС не усомнился в нормах об освобождении от ответственности и прекращении дела в связи с примирением Юридический центр
КС не усомнился в нормах об освобождении от ответственности и прекращении дела в связи с примирением

Как указал Конституционный Суд, примирение с потерпевшим не означает снижения общественной опасности содеянного до того минимума, который позволял бы полностью освободить лицо, имеющее судимость за совершение тяжких преступлений, от уголовной ответственности

Один из адвокатов отметил, что совершение лицом, имеющим судимости за совершение тяжких преступлений, еще одного тяжкого преступления свидетельствует о значительной степени общественной опасности его деяния. Второй посчитал, что примирение с потерпевшим хоть и снижает степень общественной опасности совершенного преступления, но не всегда является определяющим при принятии решения о прекращении уголовного дела и уголовного преследования. Третий указал, что при примирении необходимо учитывать интересы всех сторон, а также интересы общества и государства.

Конституционный Суд опубликовал Определение
№ 891-О/2024 по жалобе на неконституционность ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, которые, как указал заявитель, не допускают прекращения уголовного дела о тяжком преступлении в отношении лиц, ранее совершивших преступление, в связи с примирением с потерпевшим и возмещением причиненного вреда.

Приговором районного суда Прохор Решетников осужден за совершение кражи с незаконным проникновением в жилище, причинившей значительный ущерб потерпевшей. При назначении наказания суд установил, что деяние образует особо опасный рецидив, поскольку мужчина совершил тяжкое преступление, имея судимости за совершение тяжких преступлений по двум предыдущим приговорам. В апелляционной жалобе на приговор потерпевшая указывала, что примирилась с осужденным, который возместил причиненный ущерб, и просила прекратить уголовное дело в связи с примирением.

Апелляция признала правильным установление вида рецидива преступлений в действиях Прохора Решетникова, а также наличие смягчающих обстоятельств – добровольное возмещение имущественного ущерба, признание вины, раскаяние, наличие несовершеннолетних детей. С учетом изменений, внесенных апелляционным определением, за совершение преступления по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК мужчине назначено 3,5 года лишения свободы в исправительной колонии особого режима. Кассация оставила судебные акты без изменения, указав на возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим только лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести. Судья Верховного Суда отказал в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании по существу.

Тогда Прохор Решетников обратился в Конституционный Суд. Он просил признать ст. 76 «Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим» УК и ст. 25 «Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон» УПК не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой они не допускают прекращения – в связи с примирением с потерпевшим и возмещением причиненного вреда – уголовного дела о тяжком преступлении в отношении лиц, ранее совершивших преступление.

Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению КС напомнил, что ранее указывал: государство, осуществляя правовое регулирование на основании п. «о» ст. 71 Конституции, может как устанавливать в законе ответственность за правонарушения, так и устранять ее, а равно определять, какие меры государственного принуждения подлежат использованию в качестве средств реагирования на те или иные деяния и при каких условиях возможен отказ от их применения (постановления от 14 июля 2011 г. № 16-П/2011, от 8 ноября 2016 г. № 22-П/2016 и др.).

Как пояснил Конституционный Суд, ст. 76 УК предусматривает, что лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред. В свою очередь, по правилам ст. 25 УПК суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

КС отметил, что по смыслу его правовых позиций, установленные в уголовном и уголовно-процессуальном законах критерии освобождения от уголовной ответственности направлены на учет обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо своими действиями снизило степень общественной опасности совершенного им преступления до минимума, позволяющего отказаться от его уголовного преследования и прекратить уголовное дело (определения от 19 июня 2007 г. № 591-О-О/2007, от 21 апреля 2011 г. № 591-О-О/2011, от 26 октября 2017 г. № 2257-О/2017, от 20 декабря 2018 г. № 3399-О/2018 и № 3405-О/2018, от 26 марта 2019 г. № 650-О/2019 и др.).

Тяжкие же и особо тяжкие преступления отличаются повышенными характером и степенью общественной опасности. В свою очередь, подчеркнул Суд, повторное совершение запрещенного законом деяния свидетельствует о повышенной степени его общественной опасности, а совершение преступления лицом, имеющим судимость, подтверждает недостаточность использованных уголовно-правовых средств для предотвращения рецидива (постановления КС от 10 октября 2013 г. № 20-П/2013 и от 8 апреля 2021 г. № 11-П/2021). Поэтому факт примирения с потерпевшим сам по себе – безотносительно категории преступления и факта рецидива (повторности) преступлений – не означает снижения общественной опасности содеянного до того минимума, который позволял бы полностью освободить такое лицо от уголовной ответственности.

Таким образом, указал Конституционный Суд, ст. 76 УК и ст. 25 УПК, не предусматривающие возможности освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим лиц, совершивших тяжкие или особо тяжкие преступления либо имеющих неснятую и непогашенную судимость, неопределенности не содержат и не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя.

В комментарии «АГ» адвокат АП Алтайского края Василий Бастрыкин посчитал правовую позицию КС ожидаемой, очевидной и не вызывающей никаких сомнений. Совершение лицом, имеющим судимости за совершение тяжких преступлений, еще одного тяжкого преступления свидетельствует о значительной степени общественной опасности его деяния. Таким образом, отметил он, из приведенных в определении КС данных сложно сделать вывод о наличии нарушений конституционных прав гражданина, – пояснил эксперт.

«Институт освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением сторон является сложившимся и довольно устойчивым. В целом он допускает возможность освобождения от уголовного наказания лица, осужденного за совершение тяжкого преступления в связи с примирением сторон, при условии изменения судом категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК. Но наличие рецидива исключает эту возможность. Исходя из этого, только поворот в сторону существенной гуманизации уголовного наказания может привнести более широкие возможности для примирения сторон, в том числе при рецидиве преступлений, но вероятность таких изменений минимальна», – указал Василий Бастрыкин.

Адвокат АП Омской области, КА «Межрегион» Алексей Баландин отметил, что определение КС посвящено такому неоднозначному феномену, как установленные законодателем механизмы минимизации уголовной ответственности. «Примирение сторон в уголовном деле становится все более актуальным в свете развития демократии и гуманизации уголовного правосудия. Конституционный Суд на протяжении ряда лет высказывает последовательную позицию, не содержащую неясностей и двусмысленностей. КС указал на законодательные положения, которые являются обязательными условиями для освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим», – заметил адвокат.

Алексей Баландин напомнил, что ст. 25 УПК устанавливает ограничения на прекращение дел. Прежде всего это степень тяжести совершенного деяния. Если оно относится к категории тяжких или особо тяжких, уголовное дело не подлежит прекращению. Вторым необходимым условием является совершение преступления впервые. «При примирении необходимо учитывать интересы всех сторон, а также интересы общества и государства. Государство должно контролировать процесс примирения, убедиться в его законности, что включает в себя проверку соблюдения правил и процедур», – заключил он.

Адвокат филиала «Адвокатская консультация № 63» Межреспубликанской коллегии адвокатов Аркадий Амасьянц заметил, что Конституционный Суд повторил ранее выраженную правовую позицию о том, что критерии освобождения от уголовной ответственности не являются одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния и факторов, свидетельствующих о повышенных характере и степени общественной опасности. При этом определение оснований и условий каждого вида освобождения от уголовной ответственности должно быть сбалансировано на основе задач и принципов уголовного закона, – указал он.

«Следуя этой логике Конституционного Суда, позитивное постпреступное поведение лица, выраженное в заглаживании вреда, возмещении ущерба и примирении с потерпевшим, хоть и снижает степень общественной опасности совершенного преступления, но само по себе не всегда является определяющим при принятии решения о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования», – полагает Аркадий Амасьянц.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button