Адвокат получила предупреждение за исполнение функции защитника-дублера Юридический центр
Адвокат получила предупреждение за исполнение функции защитника-дублера

Как указал Совет АП г. Москвы, адвокат, зная об отсутствии надлежащего извещения защитника по соглашению, была обязана покинуть зал судебного заседания, сообщив о причинах и основаниях такого решения

Один из экспертов «АГ» отметил, что умышленное и заведомое дублирование защиты во всех случаях вредит интересам подзащитного, а также негативно влияет на престиж корпорации. Другая посчитала, что решение совета палаты представляет собой яркий пример правильного, грамотного, обоснованного и законного документа по вопросу оценки поведения адвоката-защитника, допустившего нарушение федерального законодательства, корпоративных норм, правил и сложившейся практики добросовестного поведения адвоката в целях исключения «двойной защиты».

Совет АП г. Москвы опубликовал решение о вынесении предупреждения адвокату, которая неправомерно исполнила функцию защитника-дублера, притом что решение суда о ее назначении не было мотивировано недобросовестными действиями защитника по соглашению или подсудимого, направленными к срыву или дезорганизации судопроизводства.

Продление срока содержания под стражей с участием защитника-дублера

В производстве районного суда г. Москвы находилось уголовное дело по обвинению К. и других лиц в совершении преступлений по ч. 4 ст. 159 и ч. 4 ст. 180 УК. С 10 августа 2022 г. защиту подсудимого К. осуществлял по соглашению адвокат У. 27 июля 2023 г. судебное заседание по делу было отложено на 13:00 10 августа в связи с неявкой свидетелей.

28 июля председательствующий судья разместил в АИС АПМ заявку на обеспечение в этот же день подсудимого К. защитником в порядке, предусмотренном ст. 50 и 51 УПК, поскольку срок содержания его под стражей истекал 29 июля. В 12:49 в этот же день заявка была распределена адвокату Г., которая представила в суд ордер от 28 июля 2023 г. на осуществление защиты К., выборочно ознакомилась с материалами уголовного дела и приняла участие в судебном заседании.

В этом судебном заседании председательствующим было доведено до сведения участников процесса, что в судебное заседание не явился защитник подсудимого К. по соглашению – адвокат У., в связи с чем судом назначен защитник – адвокат Г. Подсудимый К. возражал против участия защитника по назначению – Г., которая поддержала позицию подсудимого, просила освободить ее от участия в уголовном деле и отложить судебное заседание для обеспечения явки защитника по соглашению. Суд отказал в удовлетворении ходатайства со ссылкой на необязательность для суда такого отказа. В судебном заседании адвокат Г. вопреки позиции подсудимого К. возражала против заявленного гособвинителем ходатайства о продлении срока содержания К. под стражей, просила отказать в его удовлетворении.

Постановление суда о продлении срока содержания под стражей Г. обжаловала в суд апелляционной инстанции, сославшись в жалобе в том числе на отсутствие надлежащего извещения защитника по соглашению – адвоката У. о дате и времени судебного заседания, состоявшегося 28 июля 2023 г.

Позднее апелляция отменила решение первой инстанции о продлении срока содержания К. под стражей в связи с существенным нарушением его права на защиту, выразившимся в отсутствии в уголовном деле сведений о надлежащем извещении защитника по соглашению. Вопрос о продлении меры пресечения суд рассмотрел по существу и вынес новое решение о ее продлении на тот же срок.

Рассмотрение дисциплинарного производства

К. обратился в АП г. Москвы с жалобой в отношении адвоката Г. Было возбуждено дисциплинарное производство, в ходе которого адвокат Г. подтвердила, что при вступлении в уголовное дело 28 июля 2023 г. ей было известно о том, что адвокат У. и другие участники процесса не были извещены надлежащим образом о дате, месте и времени судебного заседания, о чем она сообщила в судебном заседании в качестве одного из оснований невозможности рассмотрения в этот день ходатайства о продлении срока содержания К. под стражей.

8 ноября 2023 г. квалифкомиссия вынесла заключение о ненадлежащем исполнении адвокатом Г. своих профессиональных обязанностей перед К. Это выразилось в неправомерном выполнении функций защитника-дублера при наличии у подсудимого защитника по соглашению в ходе рассмотрения ходатайства гособвинителя о продлении подсудимому К. срока содержания под стражей.

Совет палаты, рассмотрев дисциплинарное производство, напомнил, что в силу п. 1 ч. 1 ст. 51 УПК участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном ст. 52 УПК. В соответствии с ч. 2 ст. 52 УПК отказ от защитника необязателен для дознавателя, следователя и суда. В соответствии с ч. 2 ст. 50 УПК «по просьбе подозреваемого, обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем или судом». Частью 3 ст. 50 УПК установлено, что в случае неявки приглашенного защитника в течение пяти суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника дознаватель, следователь или суд вправе предложить подозреваемому, обвиняемому пригласить другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника в порядке, определенном Советом ФПА.

Совет АПГМ сослался на Решение «О “двойной защите”», утвержденное Советом ФПА России 27 сентября 2013 г., в п. 1 которого указано на недопустимость участия в уголовном судопроизводстве адвокатов, назначенных следственными органами и судами защитниками в качестве дублеров, т.е. при наличии в деле адвокатов, осуществляющих защиту тех же лиц на основании заключенных ими соглашений. Совет ФПА РФ рекомендовал предусмотреть в решениях советов (адвокатских палат) положение о том, что адвокат не вправе по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда принимать участие в защите лиц против их воли, если интересы этих лиц в уголовном судопроизводстве осуществляют адвокаты на основании заключенных соглашений. Участие в деле наряду с защитником по соглашению защитника по назначению допустимо лишь в том случае, если отклонение отказа от него следователь или суд мотивируют именно злоупотреблением со стороны обвиняемого либо приглашенного защитника своими правомочиями и выносят о таком злоупотреблении обоснованное постановление (определение). Одновременно, добавил Совет АПГМ, абз. 4 п. 2.1 Решения установлено: «когда участвующий в уголовном деле защитник по соглашению или по назначению в течение пяти суток, если иное не предусмотрено законом, не может принять участие в уголовном процессе, адвокат, назначенный защитником в соответствии со ст. 50 УПК, обязан принять на себя защиту подсудимого».

Как заметил совет палаты, в п. 2, 3 Разъяснений № 11 Совета АПГМ от 18 января 2016 г. «Об участии в уголовном судопроизводстве защитников по назначению» отмечается недопустимость осуществления адвокатами защиты по назначению наряду с адвокатами, осуществляющими защиту тех же лиц на основании соглашения, за исключением случая, указанного в п. 3 Разъяснений. Во всех прочих случаях защитник по назначению не вправе принимать участие в дознании, предварительном следствии либо в рассмотрении дела судом при наличии у подозреваемого, обвиняемого защитника по соглашению, от которого он не отказался и который не отведен от участия в деле в порядке и на основаниях, предусмотренных законом. Адвокат, назначенный защитником и установивший факт наличия у того же лица защитника по соглашению, обязан незамедлительно предпринять все предусмотренные законом и разъяснениями Совета АП г. Москвы действия, направленные на прекращение своего участия в деле, включая, но не ограничиваясь этим, поддержку заявления подозреваемого, обвиняемого об отказе от него, собственное аналогичное заявление и проявление настойчивости с целью надлежащего рассмотрения и разрешения этих заявлений дознавателем, следователем или судом, а при их отказе или уклонении от принятия такого решения адвокат должен покинуть место процессуальных действий, сделав соответствующие заявления.

Совет АПГМ подчеркнул, что такие действия защитника по назначению не могут расцениваться как отказ от защиты и являются не только правомерными, но и обязательными. Это требование распространяется и на случаи, когда в дело, в котором уже участвует защитник по назначению, впоследствии вступает защитник того же лица по соглашению. Продолжение участия в деле защитника по назначению при наличии у того же лица защитника по соглашению не может рассматриваться как недопустимое дублирование функций защиты, нарушающее конституционное право подозреваемого, обвиняемого на свободный выбор защитника, только при условии, что процессуальное решение дознавателя, следователя или суда, которым отклонен заявленный отказ от защитника по назначению, не только вынесено в соответствии с требованиями закона, но и содержит указание именно на такое поведение подозреваемого, обвиняемого и/или защитника (защитников) по соглашению, с приведением конкретных фактических обстоятельств, подтверждающих обоснованность этого вывода. Процессуальное решение органа или лица, осуществляющего производство по уголовному делу, которым отклонен заявленный отказ от защитника по назначению, не содержащее такого обоснования, а принятое лишь со ссылкой на наличие дискреционного полномочия, предусмотренного ч. 2 ст. 52 УПК, не может как явно не соответствующее требованиям ч. 4 ст. 7 УПК являться законным и достаточным основанием продолжения участия в деле защитника по назначению, дублирующего защитника по соглашению, и вынуждает защитника по назначению устраниться от участия в деле.

Совет согласился с выводами квалифкомиссии о том, что адвокат Г. не выполнила возложенные на нее обязанности, нарушив запрет вступать в уголовное дело в отсутствие мотивированного постановления суда, которым были бы установлены факты недобросовестного поведения защитника по соглашению или подсудимого, направленного на срыв или дезорганизацию судопроизводства, приводящие к нарушению прав других участников уголовного дела. Кроме того, он добавил, что сложившаяся по уголовному делу процессуальная ситуация, когда защитник вообще не был уведомлен о дате и времени судебного заседания, исключала какую-либо возможность с его стороны злоупотребить правом на защиту. Поскольку эти обстоятельства были очевидны для адвоката Г., она обязана была покинуть зал судебного заседания, предварительно сделав соответствующее заявление о причинах и основаниях такого решения. Однако она эта обязанность не исполнила, поскольку приняла участие в судебном заседании, выступив по существу заявленного гособвинителем ходатайства о продлении срока содержания под стражей подсудимого.

Совет палаты также отметил, что адвокат Г. не ссылалась на невозможность реализовать такую форму поведения в силу каких-либо независящих от нее обстоятельств (например, физическое воспрепятствование покиданию зала судебного заседания со стороны судебных приставов). Однако и в этом случае адвокату, даже оставаясь в зале суда, следовало бы прекратить процессуальное участие в судебном заседании со ссылкой на отсутствие законных оснований для такого участия.

При таких обстоятельствах совет пришел к выводу об исполнении адвокатом Г. функции адвоката-дублера в отсутствие постановления суда, содержащего выводы о недобросовестном поведении подсудимого или его защитника по соглашению, направленном на срыв или дезорганизацию судопроизводства. В этой части он опроверг презумпцию добросовестности адвоката Г., установив ее умышленную вину в совершении дисциплинарного нарушения. К адвокату была применена мера дисциплинарной ответственности в виде предупреждения.

Эксперты о решении совета

В комментарии «АГ» адвокат, управляющий партнер юридической компании «Марданов и партнеры» Азер Марданов указал: каждый адвокат должен всячески, в том числе активными действиями, пытаться исключить ситуацию, при которой станет возможным осуществление защиты в качестве адвоката-дублера. Он отметил, что умышленное и заведомое дублирование защиты во всех случаях вредит интересам подзащитного, а также негативно влияет на престиж корпорации.

«Учитывая сложившуюся ситуацию, когда адвокат признал свою вину и при этом не действовал в ущерб позиции подзащитного, а поддержал его позицию, просил суд отложить заседание и уведомить адвоката по назначению, наказание является соразмерным», – посчитал Азер Марданов. Он согласился с выводом о том, что адвокат как минимум должен был попытаться покинуть зал суда либо более не принимать участия в судебном заседании, ограничившись констатацией факта незаконности заседания, проводимого в отсутствие адвоката по соглашению.

Бывший адвокат, юрист, член исполкома Башкортостанского отделения АЮР Надежда Крылова указала, что решение Совета Адвокатской палаты г. Москвы представляет собой яркий пример правильного, грамотного, обоснованного и законного документа органа самоуправления адвокатского сообщества по вопросу оценки поведения адвоката- защитника, допустившего нарушение федерального законодательства, корпоративных норм, правил и сложившейся практики добросовестного поведения адвоката в целях исключения «двойной защиты».

Надежда Крылова подчеркнула, что проблема, поднятая решением Совета АП г. Москвы, остается актуальной: «Не все адвокаты в целях избежания “двойной защиты” и недопущения нарушения прав лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, а также соблюдения всех правовых и корпоративных норм и правил способны принять решение “покинуть место процессуальных действий, сделав соответствующие заявления”. Документ содержит достаточный объем аргументов в поддержку правовой позиции добросовестного адвоката-защитника», – уверена она.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button