Признание гражданина банкротом не препятствует заключению соглашения об оказании юрпомощи с адвокатами Юридический центр
Признание гражданина банкротом не препятствует заключению соглашения об оказании юрпомощи с адвокатами

АСГМ подчеркнул, что для заключения банкротом соглашения об оказании юрпомощи не требуется одобрения финансового управляющего, поскольку оно не является сделкой по распоряжению имуществом, составляющим конкурсную массу должника

В комментарии «АГ» представитель АБ, которое защищало интересы должника в суде, отметила, что суд воспроизвел ранее озвученный ВС РФ тезис о том, что отношения по оказанию юруслуг имеют определенное публично-правовое значение, а невозможность адвокатам под страхом недействительности заключать соглашение с гражданами, имеющими неисполненные обязательства, фактически блокирует саму возможность надлежащего доступа к правосудию для таких граждан. По мнению одного из экспертов «АГ», суд сделал правильный акцент на том, что адвокат, реализуя конструкционное право граждан на квалифицированную юрпомощь, не должен ставить возможность заключения соглашения с доверителем в зависимость от наличия или отсутствия у последнего признаков банкротства. Другой выразил надежду на то, что определение суда станет очередным шагом в формировании положительной для адвокатов судебной практики.

Как стало известно «АГ», 15 февраля Арбитражный суд г. Москвы вынес Определение
по делу
№ А40-57559/20-164-122 «Ф» об оспаривании финансовым управляющим соглашения об оказании юрпомощи, заключенным гражданином-банкротом с адвокатским бюро.

Суть спора

В июне 2021 г. АСГМ ввел процедуру реализации имущества должника в отношении Светланы Явися сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника была назначена Венера Османова, которая впоследствии оспорила в суде заключенное в июле 2022 г. между должником и адвокатским бюро «Хорошев и партнеры» соглашение об оказании юридической помощи по делу № A33-34926/2018, находящемуся в производстве Арбитражного суда Красноярского края. Сторонами был подписан акт об оказании юрпомощи стоимостью 460 тыс. руб., и денежные средства были внесены должником в кассу адвокатского бюро. Венера Османова указывала, что оспариваемая сделка была совершена в рамках периода подозрительности, так как на дату заключения спорного соглашения Светлана Явися была неплатежеспособна и прекратила исполнять часть обязательств. Финансовый управляющий добавила, что адвокатское бюро, являясь профессиональным участником арбитражного процесса, знало о том, что в отношении Светланы Явися была введена процедура реализации имущества, а также о неплатежеспособности должника и ущемлении прав кредитор в рамках банкротного дела. В связи с этим финансовый управляющий потребовала применить последствия недействительности сделки в виде взыскания выплаченных АБ средств в конкурсную массу должника.

В отзыве АБ «Хорошев и партнеры» указало, что Светлана Явися имела право пользоваться юридической помощью в целях защиты и восстановления своих нарушенных прав, в результате оказанной юрпомощи по делу № А33-34926/2018 не ущемляются интересы кредиторов, а, напротив, уменьшается кредитная нагрузка на гражданина-должника. Адвокатское бюро добавило, что в результате заключения оспариваемого соглашения для кредиторов наступили благоприятные последствия, у сторон соглашения не было недобросовестного поведения, а само оно направлено не на причинение вреда другим лицам (кредиторам), а на защиту прав и законных интересов Светланы Явися. АБ «Хорошев и партнеры» также указало, что в рассматриваемом случае отсутствуют заявленные финансовым управляющим основания для оспаривания сделки, поскольку ни одно из указанных в п. 2 ст. 61.2 ФЗ Закона о банкротстве обстоятельств не имело место при заключении спорного соглашения об оказании юрпомощи.

Суд указал на отсутствие препятствий для заключения банкротом соглашения с АБ

Рассмотрев доводы сторон, АС г. Москвы отметил, что заявление о признании Светланы Явися банкротом было принято к производству определением суда от 19 мая 2020 г. по делу № А40-57559/2020, в то время как спорная сделка была совершена в июле 2022 г., т.е. в установленный законодательством о банкротстве трехлетний период подозрительности, поэтому требования финансового управляющего следует рассмотреть по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как в отношении сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Как заметил суд, в рассматриваемом случае Венера Османова посчитала, что должник целенаправленно заключил оспариваемую сделку для вывода собственных активов при наличии факта неплатежеспособности, в результате чего кредиторы лишились частичного удовлетворения своих требований. В качестве юридических оснований для признания сделки недействительной как совершенной со злоупотреблением правом финансовый управляющий также ссылалась на ст. 10 и 168 ГК РФ. Однако соглашение об оказании юрпомощи, исходя из момента его заключения, может быть оспорено лишь по специальным основаниям недействительности, предусмотренным ст. 61.2 Закона о банкротстве, как подозрительная сделка. Расчетные операции также охватываются периодами подозрительности, установленными вышеуказанной статьей. Привлечение Светланой Явися адвокатов и оплата их услуг, даже если соответствующие действия были совершены в условиях имущественного кризиса заказчика, сами по себе не свидетельствуют о недействительности соглашения об оказании юрпомощи и расчетных операций.

Со ссылкой на ч. 1 ст. 48 Конституции АСГМ напомнил о праве на получение квалифицированной юрпомощи: каждое заинтересованное лицо должно иметь реальную возможность привлечения специалиста в области права, что придает отношениям по оказанию юридических услуг определенное публично-правовое значение. Согласно положениям Закона об адвокатуре адвокат является специальным субъектом вышеуказанных отношений, который выступает в качестве независимого профессионального советника по правовым вопросам. Со ссылкой на Определение ВС от 3 апреля 2023 г. № 305-ЭС20-19905 (13, 14) суд указал на критерии, свидетельствующие о правомерности заключенного должником соглашения об оказании юрпомощи: соглашение не должно быть направлено на достижение противоправного результата в виде причинения вреда кредиторам; стоимость юрпомощи не должна быть завышенной; полученный в рамках соглашения правовой результат должен способствовать улучшению финансового состояния должника.

Спорное соглашение об оказании юридической помощи отвечает всем вышеуказанным признакам, заметил суд. Так, изначально истцом по делу № А33-34926/2018 было ООО «Евроскай», а в марте 2019 г. Светлана Явися была привлечена к участию в этом деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора. Спустя несколько месяцев общество «Евроскай» было признано банкротом (дело № А33-31266/2018), в отношении него было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим был назначен Виталий Муханов, который фактически не принимал участия в этом споре, хотя в рамках дела о банкротстве «Евроскай» Светлана Явися ссылалась на наличие такого спора.

От имени «Евроскай» не были поданы апелляционная и кассационная жалобы на первое решение Арбитражного суда Красноярского края от 22 июля 2019 г., которым было отказано в удовлетворении иска. Кассационная жалоба, на основании которой вышеуказанные решения были отменены, была подана Светланой Явися. Ввиду пассивной процессуальной позиции конкурсного управляющего «Евроскай» Светлана Явися была вынуждена вступить в качестве соистца по этому делу. Несмотря на то что результат рассмотрения дела № А33-34926/2018 имел решающее значение для дел о банкротстве как основного заемщика по кредитному договору – «Евроскай», так и его поручителей: Светланы Явися, ООО «Росжилстрой» и «Премьер-строй», никто из конкурсных управляющих должников не принимал в нем активного участия и должников от неправомерных действий их основного кредитора АО «Банк ДОМ.РФ» не защищал. Финансовый управляющий Светланы Явися также не участвовала в этом деле. Единственным лицом, занимавшим в этом деле активную процессуальную позицию, подчеркнул АСГМ, была Светлана Явися, которая не обладает юридическим образованием и была вынуждена пользоваться помощью профессиональных юристов.

После вынесения решения Арбитражного суда Красноярского края от 30 августа 2022 г. по делу № А33-34926/2018 Светланой Явися были поданы заявления о пересмотре по новым обстоятельствам судебных актов, которыми требования банка, основанные на признанной ничтожной сделке, вошли в реестр требований кредиторов ООО «Евроскай», «Росжилстрой», «Премьер-строй» и Светланы Явися. Заявления были удовлетворены, а судебные акты – отменены. Определением Арбитражного суда Красноярского края от 13 октября 2023 г. по результатам пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам сумма требований банка к «Евроскай» была уменьшена с 248,5 млн руб. до 335 тыс. руб. А 11 декабря 2023 г. этот же суд отказал во включении АО «Банк ДОМ.РФ» в реестр требований кредиторов «Росжилстроя» в связи с отсутствием задолженности у этого общества перед кредитной организацией.

Таким образом, заметил АСГМ, в результате полученной Светланой Явися юридической помощи по делу № А33-34926/2018 не причиняется ущерб кредиторам, а, напротив, уменьшается кредитная нагрузка на гражданина-должника. Материалами дела подтверждается реальность оказанной юрпомощи, ответчиком представлены доказательства равноценности встречного исполнения по соглашению, не опровергнутые финансовым управляющим. Соглашение об оказании юрпомощи было возмездным, АБ «Хорошев и партнеры» исполнило свои обязательства по соглашению, поскольку адвокат этого бюро Кристина Щербакова участвовала при рассмотрении дела № А33-34926/2018, что подтверждается судебным определением. Само адвокатское бюро не является заинтересованным по отношению к Светлане Явися лицом, указал суд.

«Направленность сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки финансовым управляющим не доказаны, в связи с чем оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания указанной сделки недействительной у суда не имеется», – заметил АСГМ.

Он также отклонил доводы финансового управляющего о наличии в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом как не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и противоречащие обстоятельствам обособленного спора. Суд счел, что такие доводы не обоснованы какими-либо конкретными доказательствами, свидетельствующими о совершении оспариваемой сделки с незаконной целью или незаконными средствами, в обход закона, с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, с намерением причинить вред другим лицам или нарушить права и законные интересы других лиц, об установлении незаконных или несправедливых условий договора, значительно отличающихся от применяемых в аналогичных правоотношениях, поскольку заключение оспариваемого соглашения было направлено не на причинение вреда кредиторам, а на защиту прав и законных интересов Светланы Явися.

АСГМ добавил, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в деле должны быть доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес. Однако не представлено доказательств совершения оспариваемой сделки исключительно с намерением причинить вред, т.е. злоупотребления правом по смыслу ст. 10 ГК РФ. Тем самым финансовый управляющий не доказал совокупность обстоятельств, нужных для признания сделок недействительными по основаниям ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Относительно доводов заявителя о том, что спорное соглашение об оказании юрпомощи было заключено без участия финансового управляющего, суд со ссылкой на Постановление КС РФ от 14 июля 2021 г. № 36-П напомнил, что должник вправе лично участвовать в делах, по которым финансовый управляющий выступает от его имени, в том числе обжаловать соответствующие судебные акты. Это предполагает наличие у должника-гражданина возможности воспользоваться услугами представителя на основе доверенности, поскольку полномочия представителя производны от полномочий представляемого. Следовательно, должник полностью не лишается правоспособности и дееспособности, в том числе возможности лично или через представителей участвовать в делах, касающихся его имущественных прав.

В связи с этим полномочия финансового управляющего вести дела, касающиеся имущественных прав гражданина, от имени должника не исключают возможности участия в них должника лично или через представителей. В свою очередь, само по себе нахождение должника в процедуре банкротства не может безусловно лишать его права на судебную защиту. Кроме того, при одновременном соблюдении такого основополагающего принципа российского правопорядка, как право на судебную защиту, и такого положения банкротного права, как «распределение управляющим сформированной конкурсной массы в интересах кредиторов с соблюдением очередности и пропорциональности», действия должника, финансового управляющего и кредиторов должны отвечать требованиям разумности и справедливости.

Со ссылкой на сложившуюся судебную практику АСГМ отметил, что гражданин имеет право на юрпомощь, даже когда он признан банкротом либо у него имеются признаки неплатежеспособности. Для заключения соглашения об оказании юрпомощи не требуется одобрения финансового управляющего, поскольку договор об оказании юридических услуг не является в понимании абз. 3 п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве сделкой по распоряжению имуществом, составляющим конкурсную массу должника. В рассматриваемом случае целью заключения оспариваемого соглашения со стороны Светланы Явися было получение квалифицированной юрпомощи. Юридические услуги были фактически оказаны должнику, у сторон сделки имелось реальное намерение достижения результата по ней, заключение соглашения об оказании юрпомощи оправдано необходимостью защиты интересов должника при рассмотрении вопроса о признании недействительной сделки, на основе которого возникли обязательства у должника перед основным кредитором АО «Банк ДОМ.РФ». Соответственно, заключение соглашения не преследовало цель уменьшить конкурсную массу или причинить вред кредиторам.

В связи с этим АСГМ отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным соглашения об оказании юрпомощи, заключенного между должником и АБ «Хорошев и партнеры».

Адвокатское бюро поддержало выводы суда

В комментарии «АГ» старший партнер АБ «Хорошев и партнеры» Кристина Щербакова отметила, что ранее Верховный Суд в своем знаковом Определении по делу № А40-216654/2019 сформировал критерии действительности соглашений об оказании юридической помощи, заключенных с лицами, имеющими признаки неплатежеспособности и до возбуждения процедуры банкротства. А сейчас АСГМ распространил этот подход на соглашения, заключенные во время процедуры банкротства.

«Тем самым суд утвердил ранее озвученный ВС РФ тезис о том, что отношения по оказанию юридических услуг имеют определенное публично-правовое значение, а невозможность адвокатам под страхом недействительности заключать соглашение с гражданами, имеющими неисполненные обязательства, по сути, блокирует саму возможность надлежащего доступа к правосудию для такого рода граждан. Кроме того, суд указал, что не требуется получение согласия финансового управляющего должника на заключение соглашения с адвокатом, поскольку такое соглашение не является сделкой по распоряжению имуществом, составляющим конкурсную массу должника. Мы рады, что в отношении лиц, которые имеют признаки финансовой несостоятельности или уже признаны банкротом, начиная с 2023 г. стал последовательно реализовываться подход, подтверждающий приоритет возможности получения ими юрпомощи перед интересами кредиторов в банкротстве, и что такая практика не остается единичной, а распространяется по регионам», – подчеркнула она.

Эксперты позитивно оценили судебный акт АСГМ

Управляющий партнер МКА TA lex Андрей Торянников отметил, что в последние годы вопрос оспаривания соглашений об оказании юрпомощи регулярно поднимается арбитражными управляющими, несмотря на то что последние определения ВС РФ, казалось бы, поставили точку в этом вопросе. «Получается, что адвокаты, да и иные лица, оказывающие юридические услуги банкротам или лицам, находящимся в предбанкротном состоянии, вынуждены дважды отрабатывать свой гонорар. Первый раз – в ходе оказания юридических услуг доверителю, а второй раз – защищаясь от нападок арбитражного управляющего в обособленном споре о признании соглашения недействительным в рамках дела о банкротстве», – указал он.

Эксперт также обратил внимание: суд счел, что соглашение не должно быть направлено на достижение противоправного результата в виде причинения вреда кредиторам; стоимость юрпомощи не должна быть завышенной; полученный в рамках соглашения правовой результат должен способствовать улучшению финансового состояния должника. «Всем вышеуказанным критериям оспариваемое соглашение об оказании юрпомощи соответствовало. Необходимо отметить, что оспаривание соглашения происходило в рамках личного банкротства гражданина, однако проведенная адвокатами работа производилась в рамках другого судебного спора. При этом, если учесть оказанные в рамках дела № А33-34926/2018 услуги, то получается, что свой гонорар адвокатам пришлось отрабатывать (защищать) трижды. Первый раз – представляя интересы гражданина-должника в ходе оспаривания кредитного договора, второй раз – взыскивая судебные расходы по указанному спору и третий раз – защищаясь от требования финансового управляющего. Хочется надеяться, что определение АСГМ станет очередным шагом в формировании положительной для адвокатов судебной практики», – выразил надежду Андрей Торянников.

Руководитель судебно-арбитражной практики КА «Люди дела» Игорь Кобзарев полагает, что это дело продолжает тенденцию арбитражных управляющих по оспариванию соглашений с адвокатами. При этом, заметил он, судебная практика начинает складываться в пользу адвокатов, что в том числе и следует из рассматриваемого дела. «Суд сделал правильный акцент на том, что адвокат, реализуя конституционное право граждан на квалифицированную юридическую помощь, не должен ставить возможность заключения соглашения с доверителем в зависимость от наличия или отсутствия у последнего признаков несостоятельности (банкротства). Реализация такого принципа неоднократно подтверждалась в определениях ВС РФ и обзоре практики за 2022 г. Также суд сделал правомерный вывод о том, что гражданин, находящийся в процедуре банкротства, не лишается права на оказание ему профессиональной юридической помощи, при этом согласие арбитражного управляющего на заключение соглашения с адвокатом не требуется. Необходимо отметить еще немаловажное обстоятельство, которому не дана оценка судом: адвокатское образование (в том числе адвокатское бюро) всегда является ненадлежащим ответчиком по данной категории споров. В целом адвокатское сообщество получило еще один важный для защитной практики судебный акт», – заключил эксперт.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button