Позиции ВС о компенсации за переданное должником в муниципальную собственность имущество придали обратную силу Юридический центр
Позиции ВС о компенсации за переданное должником в муниципальную собственность имущество придали обратную силу

АС Поволжского округа пришел к выводу о том, что так как на момент завершения конкурсного производства существовала правовая неопределенность по данному вопросу, позднее устраненная ВС, то такую компенсацию следует считать обнаруженным имуществом должника, подлежащим распределению

В комментарии «АГ» представители кредитора отметили, что отсутствие в законе упоминания о праве несостоятельного унитарного предприятия и его кредиторов на получение компенсации за передачу находившихся у должника на праве хозяйственного ведения объектов собственнику порождает большое количество неоднозначных практических вопросов. По мнению одного из экспертов «АГ», наиболее интересным в этом деле является то, что окружной суд поднял вопрос определения момента, когда можно считать имущество «вновь обнаруженным». Второй назвал позицию кассации не вполне справедливой, так как она создает возможность возложения обязанности компенсации за период, когда имелась правовая неопределенность относительно самого существования права требования к публично-правовому образованию за переданные ему объекты централизованных систем водоснабжения.

Арбитражный суд Поволжского округа опубликовал постановление № Ф06-11210/2023 по делу № А06-8995/2022, которым отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении заявления кредитора о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица – государственного предприятия.

Отказ в назначении процедуры распределения обнаруженного имущества

В 2010 г. решением арбитражного суда государственное предприятие «Астраханские водопроводы» было признано банкротом и в отношении него было открыто конкурсное производство. Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Астраханской области от 3 марта 2015 г. по делу № А06-5147/2006 из конкурсной массы имущества банкрота были исключены 458 объектов системы водоснабжения и водоотведения, находившиеся у предприятия на праве хозяйственного ведения. Суд обязал конкурсного управляющего имуществом должника передать указанное имущество Астраханской области в лице Агентства по управлению государственным имуществом. Данное определение было исполнено конкурсным управляющим 19 января 2016 г.

В ноябре 2018 г. арбитражный суд завершил конкурсное производство в отношении предприятия, и оно было исключено из ЕГРЮЛ. Впоследствии ООО «Лукойл-Энергосервис», являющееся кредитором должника по текущим платежам на сумму 232 млн руб., обратилось в арбитражный суд с заявлением к министерству имущественных и градостроительных отношений Астраханской области о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица. Общество полагало, что после принятия 19 января 2016 г. от конкурсного управляющего должником имущества у администрации Астраханской области возникла обязанность по выплате должнику компенсации в виде рыночной стоимости объектов, однако эта обязанность выполнена не была.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 30 мая 2023 г. в удовлетворении заявленных требований было отказано. Суд первой инстанции исходил из того, что на переданное имущество не может быть обращено взыскание ввиду изъятия этого имущества из гражданского оборота и что заявленное к распределению имущество должника не может считаться вновь обнаруженным, поскольку о наличии этого имущества заявителю было известно до завершения процедуры конкурсного производства. Суд также указал на необходимость рассмотрения требования о выплате компенсации за переданные Астраханской области объекты в рамках дела о банкротстве должника. Апелляция поддержала указанные выводы.

Кассационный суд защитил право кредитора

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество «Лукойл-Энергосети» обратилось в окружной суд с кассационной жалобой. По мнению кредитора, выводы судов о том, что на имущество должника, относящееся к системам холодного водоснабжения и водоотведения, не может быть обращено взыскание и что это имущество не может считаться вновь обнаруженным, поскольку о наличии этого имущества заявитель знал задолго до завершения процедуры банкротства, основаны на ошибочном толковании норм права.

В жалобе подчеркивалось, что обнаруженным имуществом выступают не сами водопроводные сети, а дебиторская задолженность ликвидированного предприятия в виде компенсации за переданное субъекту РФ имущество. Кассатор также указывал, что для введения процедуры распределения имущества ликвидированного юридического лица в порядке п. 5.4 ст. 64 ГК достаточно факта наличия имущества должника или права требования, которое не было распределено или получено до ликвидации должника.

Рассмотрев дело, АС Поволжского округа отметил, что по общему правилу ликвидация юридического лица влечет прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Защита нарушенных прав кредиторов осуществляется в соответствии с порядком, установленным п. 5.2 ст. 64 ГК и предусматривающим, что в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ, в том числе в результате признания такого юридического лица банкротом, заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право. К указанному имуществу относятся также требования ликвидированного юридического лица к третьим лицам, в том числе возникшие вследствие передачи имущества должника, не подлежащего включению в конкурсную массу и реализации в установленном Законом о банкротстве порядке, вследствие чего заинтересованное лицо не получило исполнение в полном объеме, уточнено в постановлении окружного суда.

Суд кассационной инстанции со ссылкой на п. 39 Постановления Пленума ВС РФ от 17 ноября 2015 г. № 50 разъяснил, что в том случае, если у ликвидированного должника-организации осталось нереализованное имущество, за счет которого можно удовлетворить требования кредиторов, то взыскатель, не получивший исполнения по исполнительному документу, иное заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право, в соответствии с п. 5.2 ст. 64 ГК. Отсутствие рассмотренного в рамках дела о банкротстве должника заявления о выплате компенсации за переданное имущество не означает отсутствие у кредитора права обратиться в суд с заявлением о распределении. В связи с этим вывод судов об отсутствии оснований считать компенсацию за переданные должником сети холодного водоснабжения и водоотведения имуществом должника, которое подлежит распределению по правилам п. 5.2. ст. 64 ГК, только потому, что это имущество исключено из гражданского оборота и не подлежало включению в конкурсную массу, ошибочно и противоречит установленным судами фактическим обстоятельствам.

Кассация напомнила, что заявление о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть подано в течение пяти лет с момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении юридического лица. Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть назначена при наличии средств, достаточных для осуществления данной процедуры, и возможности распределения обнаруженного имущества среди заинтересованных лиц. В данном случае конкурсное производство в отношении должника было завершено 27 ноября 2018 г., а правосубъектность должника прекратилась 25 июня 2019 г. в связи с исключением его из ЕГРЮЛ.

Согласно материалам дела заявитель еще 19 мая 2021 г. обратился в арбитражный суд с иском к Агентству по управлению государственным имуществом Астраханской области о взыскании убытков, под которыми понимал компенсацию за переданные объекты холодного водоснабжения и водоотведения. Тогда в удовлетворении заявленных требований было отказано из-за неверного способа защиты и необходимости обратиться в суд с заявлением в порядке п. 5.2. ст. 64 ГК о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества должника. Общество «Лукойл-Энергосети» обратилось в суд с таким заявлением 5 октября 2022 г., т.е. в пределах установленного пятилетнего срока, подчеркнул суд кассационный инстанции.

Суд округа добавил, что в судебной практике вплоть до момента завершения процедуры конкурсного производства в отношении должника отсутствовало единообразие в трактовании положений п. 6 ст. 132 Закона о банкротстве относительно обязательности компенсации за переданные в муниципальную собственность объекты холодного водоснабжения и водоотведения. Однако Обзором судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019), утвержденным Президиумом ВС РФ 27 ноября 2019 г., был закреплен правовой подход, в соответствии с которым Закон о водоснабжении и водоотведении является специальным по отношению к Закону о банкротстве, поэтому поименованные в нем объекты не подлежат реализации в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, и возвращаются в собственность соответствующего публично-правового образования не обремененными правом хозяйственного ведения. При этом возврат этих объектов свободными от прав третьих лиц не должен осуществляться без компенсации со стороны их собственника, обеспечивающей баланс публичных и частных интересов.

ВС РФ указал, что заинтересованные лица, в частности арбитражный управляющий, вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, с требованием к собственнику имущества о компенсации уменьшения конкурсной массы в связи с прекращением права хозяйственного ведения с учетом того, что социальное предназначение данных объектов является таким обременением, которое снижает их рыночную стоимость. Несмотря на отсутствие возможности включения указанных объектов в конкурсную массу должника, необходимо принимать во внимание, что такие объекты, равно как и иное изъятое имущество должника, находились в его хозяйственном ведении, следовательно, должник и его кредиторы вправе рассчитывать на получение соответствующей компенсации их стоимости.

Таким образом, кассационный суд установил, что до 27 ноября 2019 г. существовала правовая неопределенность по вопросу об обязательности компенсации за переданное должником в муниципальную собственность социально значимое имущество в виде объектов холодного водоснабжения и водоотведения. С учетом этого он посчитал: выводы нижестоящих инстанций о том, что указанная обществом «Лукойл-Энергосети» дебиторская задолженность в виде компенсации за переданные объекты холодного водоснабжения и водоотведения не отвечает признаку вновь обнаруженного имущества и заявителю об этом должно было быть известно еще до завершения в отношении должника процедуры конкурсного производства, основаны на неверном толковании норм права. Указание судов со ссылкой на разъяснения Обзора ВС № 3 за 2019 г. на необходимость рассмотрения такого заявления исключительно в рамках дела о банкротстве должника в данном случае также ошибочно.

По общему правилу заявление о компенсации стоимости социально значимого имущества должника в виде объектов холодного водоснабжения и водоотведения подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве должника. Однако конкурсное производство в отношении должника было завершено 27 ноября 2018 г., что не дает заявителю соблюсти указанный процессуальный порядок рассмотрения такого заявления в рамках дела о банкротстве должника, но в то же время не лишает его права воспользоваться закрепленным в п. 5.2. ст. 64 ГК РФ механизмом распределения обнаруженного имущества ликвидированного должника.

Таким образом, Арбитражный суд Поволжского округа посчитал выводы судов первой и апелляционной инстанций необоснованными, сделанными без полного исследования всех обстоятельств, имеющих непосредственное отношение для правильного разрешения данного спора, и отменил их судебные акты, направив дело на новое рассмотрение.

Комментарии представителей кредитора

Управляющий партнер Волгоградской КА «Мейер и партнеры» Олег Коробов отметил, что в случае наступления банкротства унитарного предприятия оно обязано вернуть объекты собственнику (публично-правовому образованию), после чего предприятие-должник, по сути, остается «ни с чем», а кредиторы лишаются шансов на удовлетворение своих требований. Адвокат пояснил, что в кассационной жалобе было обращено внимание на два ключевых обстоятельства: «Первое – ни закон, ни разъяснения высших судов не запрещают обращаться с требованием о выплате компенсации за объекты водоснабжения после завершения дела о банкротстве, если компенсация не была получена должником в ходе конкурсного производства. Второе – имущество ликвидированного лица, которое подлежит распределению в соответствующей процедуре банкротства, не обязательно должно быть обнаружено исключительно после ликвидации должника – о нем могло стать известно в ходе рассмотрения банкротного дела».

Другой представитель ООО «Лукойл-Энергосети», юрист Волгоградской КА «Мейер и партнеры» Михаил Чуприков отметил, что за 24 года в законе не появились ни само упоминание о праве должника и его кредиторов на получение компенсации за передачу объектов водоснабжения и водоотведения собственнику, ни конкретные критерии определения ее размера. По его мнению, этот пробел порождает большое количество неоднозначных практических вопросов и неоднородное формирование судебной практики. «В этом деле нам удалось разрешить один из таких вопросов: право на компенсацию не пропадает автоматически с завершением конкурсного производства и может быть реализовано в порядке распределения имущества ликвидированного лица», – отметил юрист.

Адвокат Волгоградской КА «Мейер и партнеры» Андрей Белоножкин, также представлявший интересы кредитора, в комментарии «АГ» отметил, что это дело носит прецедентный характер и что судьи окружного суда сделали выводы, которые имеют важное значение для правоприменительной практики и правовой системы в целом. «Во-первых, было подтверждено, что право на получение денежной компенсации является дебиторской задолженностью предприятия-должника. Во-вторых, завершение конкурсного производства в отношении предприятия-должника само по себе не прекращает право кредиторов должника получить денежную компенсацию за объекты, которые находились у должника. Кроме того, суд разъяснил, что надлежащим способом защиты прав кредиторов в целях получения денежной компенсации за объекты водоснабжения после окончания производства по делу о банкротстве должника является обращение в суд с требованием об открытии процедуры распределения имущества ликвидированного лица», – пояснил он.

Андрей Белоножкин считает важным вывод суда о том, что право на компенсацию за объекты водоснабжения возникло еще в ходе процедуры банкротства, само по себе завершение конкурсного производств не лишает кредиторов права на обращение в суд с требованием об открытии процедуры распределения имущества ликвидированного лица. Такие ситуации возникают достаточно часто в делах о банкротстве, поэтому полученная судебная практика может помочь быстрее добиться положительного результата, отметил адвокат.

Адвокаты проанализировали выводы кассационного суда

Адвокат, старший партнер юридической фирмы «Шаповалов, Ляпунов, Терехин и партнеры» Артур Шаповалов считает, что затронутая проблема действительно актуальна, хотя и специфична. Наиболее интересным, по его мнению, является то, что окружной суд поднял вопрос определения момента, когда можно считать имущество «вновь обнаруженным». «Нижестоящие суды посчитали, что заинтересованные лица знали или могли знать об указанных активах, в силу чего они не являются вновь обнаруженными. С таким подходом согласиться нельзя. Изъятие права у заинтересованного лица на процедуру распределения вновь обнаруженного имущества ликвидированного лица по такой причине фундаментально нарушает права и законные интересы кредиторов и иных лиц», – считает эксперт.

Адвокат отметил, что основной вывод, согласно которому дебиторская задолженность признана судом в качестве актива, достаточно очевиден: подп. 1 п. 1 ст. 75 Закона об исполнительном производстве и Определение ВС РФ от 2 июня 2022 г. № 305-ЭС21-28884. В то же время, по мнению Артура Шаповалова, остается вопрос, на который ответ даст только время, а именно: насколько перспективным будет принудительное взыскание компенсации с учетом срока давности?

Адвокат АП г. Москвы, к.ю.н. Николай Кузнецов полагает, что выводы кассационного суда не вполне справедливы. Он отметил, что в данном случае суд распространил правовую позицию, закрепленную в Обзоре судебной практики № 3 за 2019 г., о том, что заинтересованные лица имеют право требования компенсации за переданное должником имущество, к процедуре банкротства, завершенной в 2018 г., т.е. придал ей обратную силу. По мнению эксперта, несправедливость этого подхода заключается в возможности возложения на ответчика обязанности компенсации за период, когда имелась правовая неопределенность относительно самого существования права требования к публично-правовому образованию за переданные объекты централизованных систем холодного водоснабжения или водоотведения.

«В случае если суд при новом рассмотрении назначит процедуру распределения имущества, это фактически предрешит вопрос наличия дебиторской задолженности к публично-правовому образованию. Такой подход кассационного суда может повлечь существенную нагрузку на бюджеты публично-правовых образований вследствие массового взыскания с них сумм компенсации за периоды, когда ни в законе, ни в судебной практике не была четко установлена обязанность соответствующей выплаты», – полагает Николай Кузнецов.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button