КС пояснил порядок рассмотрения районными судами дел частного обвинения Юридический центр
КС пояснил порядок рассмотрения районными судами дел частного обвинения

Как указано в постановлении, нормы УПК не предполагают отказа районного суда в принятии к производству по заявлению потерпевшего уголовного дела частного обвинения по ч. 1 ст. 116.1 УК

По мнению одного из адвокатов, данное постановление имеет большое практическое значение, поскольку устраняет процессуальную неопределенность, в связи с чем, скорее всего, следует ждать точечных изменений в УПК относительно процедуры рассмотрения дел частного обвинения районными и приравненными к ним судами. Другой выразил надежду, что выводы КС станут не просто ориентиром для судебной системы, но и единственно правильной инструкцией в аналогичных ситуациях.

Конституционный Суд вынес Постановление
№ 13-П по делу о проверке конституционности ч. 2 и 4 ст. 20, ч. 1 и 2 ст. 31, ч. 4 ст. 147, а также ч. 1 и 3 ст. 318 УПК РФ, регулирующих порядок рассмотрения судами уголовных дел о побоях, нанесенных лицом, подвергнутым административному наказанию или имеющим судимость.

Галина Баскакова неоднократно требовала привлечь к ответственности по ч. 1 ст. 116.1 УК РФ бывшего супруга, проживающего с ней в одной квартире, который за нанесение побоев заявительнице ранее уже подвергался административному наказанию. Так, в мае 2021 г. участковый отказал женщине в возбуждении уголовного дела по факту нанесения ей побоев с разъяснением права обратиться в суд за защитой своих прав. В июне столичный районный суд отказался принимать заявление Баскаковой в порядке частного обвинения о привлечении бывшего мужа к ответственности по ч. 1 ст. 116 УК как не отвечающее требованиям ст. 318 УПК ввиду отсутствия сведений о лице, привлекаемом к уголовной ответственности, и списка свидетелей, вызываемых в суд.

В следующем месяце суд вновь вернул заявительнице исправленное заявление, поскольку в нем отсутствовал список свидетелей, которых следовало вызвать в судебное заседание, а приложенные к заявлению доказательства были представлены в копиях. В свою очередь, апелляция отменила данное решение со ссылкой на то, что заявление содержало все требуемые законом сведения. Тем не менее в ноябре 2021 г. суд в очередной раз вернул заявление женщины, ссылаясь на то, что дела частного обвинения о преступлении, предусмотренном ст. 116.1 УК, ввиду их исключения из подсудности мирового судьи подлежат возбуждению дознавателем и могут быть рассмотрены по существу только после проведения дознания и направления дела с обвинительным актом в суд. Апелляция поддержала такое решение, а кассация, которую впоследствии поддержал Верховный Суд, изменила судебные акты первой и апелляционной инстанций, указав, что заявление Баскаковой направляется в орган дознания для принятия решения в порядке ч. 4 ст. 20 УПК и производства дознания по делу. Однако постановлением участкового заявительнице вновь было отказано в возбуждении уголовного дела ввиду истечения сроков давности уголовного преследования.

Другие попытки Галины Баскаковой привлечь бывшего супруга к уголовной ответственности за побои также не увенчались успехом. Так, в октябре 2021 г. участковый отказался возбуждать дело, а суд в апреле 2022 г. – принимать заявление в порядке частного обвинения о привлечении указанного в заявлении гражданина к ответственности по ч. 1 ст. 116.1 УК, поскольку ранее он был привлечен к административной ответственности за нанесение побоев дочери заявительницы, что, по мнению суда, не свидетельствует о том, что данное лицо было подвергнуто административному наказанию за аналогичное деяние. Хотя апелляция отменила это решение и вернула дело в нижестоящий суд, последний вновь вернул заявление Баскаковой со ссылкой на то, что такие дела возбуждаются дознавателем и могут быть рассмотрены по существу лишь после проведения дознания и поступления дела с обвинительным актом в суд. Решение устояло в апелляции, а кассационные инстанции, включая ВС, отказались принимать жалобы заявительницы.

В жалобе в Конституционный Суд Галина Баскакова указала, что ч. 2 и 4 ст. 20, ч. 1 и 2 ст. 31, ч. 4 ст. 147, а также ч. 1 и 3 ст. 318 УПК противоречат Конституции РФ в той мере, в какой они в контексте правоприменительной практики ввиду неопределенности порядка возбуждения уголовного дела частного обвинения о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 116.1 УК, приводящей к их произвольному истолкованию и применению, не обеспечивают эффективного расследования домашнего насилия и получения действительной судебной защиты, а также восстановления прав потерпевших.

Изучив доводы жалобы, Конституционный Суд отметил, что предметом его рассмотрения являются обжалуемые нормы в той мере, в какой на их основе в системе текущего регулирования разрешается вопрос о принятии судом к производству по заявлению потерпевшего или его законного представителя уголовного дела частного обвинения о привлечении обвиняемого лица к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 116.1 УК. В связи с этим он напомнил, что уголовные дела по ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116.1 и ч. 1 ст. 128.1 УК считаются делами частного обвинения, которые возбуждаются не иначе как по заявлению в суд потерпевшего (его законного представителя), за исключением ряда случаев, предусмотренных п. 2 ч. 1 и 4 ст. 147 УПК ( ч. 2 ст. 20 , ч. 1 ст. 1 7 и ч. 1 ст. 318 Кодекса) . В отсутствие заявления потерпевшего (его законного представителя), если он находится в зависимом или беспомощном состоянии либо по иным причинам не способен самостоятельно защищать свои права и законные интересы или если преступление совершено лицом, данные о котором неизвестны, дела частного обвинения возбуждаются руководителем следственного органа, следователем, а также с согласия прокурора дознавателем; при этом следователь приступает к производству предварительного расследования, а дознаватель – дознания (ч. 4 ст. 20, ч. 4 ст. 147 и ч. 3 ст. 318 УПК).

КС также напомнил, что специфика уголовного судопроизводства по делам частного обвинения предопределяется нюансами рассматриваемых в данном порядке дел о преступлениях, совершаемых обычно на почве конфликтов межличностного характера, зачастую в сфере внутрисемейных отношений, в общении между родственниками, соседями и сослуживцами, а также необходимостью учета субъективного восприятия потерпевшим совершенного в отношении него деяния. Такие преступления не представляют значительной общественной опасности, их раскрытие обычно не вызывает трудностей, в связи с чем потерпевший сам может осуществлять уголовное преследование – обращаться за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывать как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица, минуя обязательные в иных случаях стадии досудебного производства.

Вместе с тем потерпевший, будучи частным обвинителем и самостоятельно осуществляя уголовное преследование, вправе отказаться от его начала или продолжения, в том числе примирившись с обвиняемым на любой стадии производства по делу. В судебном заседании он может изменить обвинение, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, а также вправе отказаться от обвинения. После отказа частного обвинителя от обвинения, а равно в его отсутствие суд не правомочен инициировать или продолжать производство по делу, устанавливать событие и состав преступления. По своей правовой природе отказ частного обвинителя от обвинения, отсутствие заявления потерпевшего, если дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за оговоренным исключением, а равно неявка частного обвинителя в суд по неуважительной причине означают отсутствие уголовно-процессуальных предпосылок для продолжения производства по делу, а потому влекут принятие решения о его прекращении (Постановление КС от 13 апреля 2021 г. № 13-П). Таким образом, заметил Суд, процедурно упрощенный, исключающий досудебную стадию, порядок производства по делам, которые отнесены к делам частного обвинения, в частности, обеспечивает скорейший доступ граждан к правосудию; защиту прав пострадавших от преступлений путем предоставления им по делам частного обвинения надлежащих возможностей отстаивать свои права и интересы непосредственно в суде; разрешение дела по существу судом, к подсудности которого оно отнесено законом; возможность примирения потерпевшего с обвиняемым на любой стадии производства по делу.

Со ссылкой на собственное постановление от 11 июля 2023 г. № 38-П Конституционный Суд напомнил: если лица, потерпевшие от преступлений, относящихся к делам частного обвинения, за защитой своих прав обращаются в ОВД, то последние обязаны принять заявление о преступлении, зарегистрировать его, провести проверку в порядке ст. 144 и 145 УПК и принять по нему решение в пределах установленной компетенции. «Вместе с тем в названном постановлении отмечалось, что по смыслу взаимосвязанных положений ч. 4 ст. 20, ч. 1 ст.145 и ч. 3 ст. 318 УПК РФ руководитель следственного органа, следователь, а также дознаватель по уголовным делам частного обвинения по результатам рассмотрения сообщения о преступлении вправе либо принять решение о возбуждении уголовного дела в защиту прав потерпевшего, когда данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния или по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы, либо, констатировав способность потерпевшего защищать свои права и законные интересы самостоятельно или с помощью своего представителя, передать это сообщение в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 данного Кодекса. Указанные должностные лица не уполномочены разрешать вопрос об отсутствии в содеянном состава преступления, преследуемого в порядке частного обвинения (кроме случая, предусмотренного ч. 4 той же статьи), и, соответственно, вопрос об отказе в возбуждении уголовного дела частного обвинения по данному основанию», – заметил КС.

Он также напомнил, что дело частного обвинения возбуждается следователем, а также с согласия прокурора дознавателем, когда потерпевший в силу беспомощного состояния или по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы, к которым следует относить, например, материальную и иную зависимость потерпевшего от лица, совершившего преступление. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее (п. 28 Постановления Пленума ВС РФ от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве»).

При этом, отмечается в Постановлении № 13-П/2024, ч. 8 ст. 318 УПК закрепляет право мирового судьи при установлении указанных обстоятельств после принятия заявления к производству признать обязательным участие в деле законного представителя потерпевшего и прокурора, а ч. 6 ст. 321 Кодекса обязывает мирового судью при установлении в ходе судебного разбирательства в действиях лица, в отношении которого подано заявление, признаков преступления, не предусмотренного ч. 2 ст. 20 УПК, вынести постановление о прекращении уголовного преследования по делу и направлении материалов руководителю следственного органа или начальнику органа дознания для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в порядке публичного или частно-публичного обвинения, о чем уведомляет потерпевшего (его законного представителя). Таким образом, руководитель следственного органа, следователь, а также дознаватель по уголовным делам частного обвинения в прямо установленных законом случаях должны проводить проверку в порядке ст. 144 и 145 УПК.

В иных случаях, пояснил КС, дела о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК, разрешаются судом в порядке, предусмотренном гл. 41 Кодекса. Если потерпевший по делу частного обвинения способен защищать свои права и законные интересы самостоятельно или с помощью законного представителя, то рассмотрение заявления о совершении в отношении него преступления относится к исключительной компетенции суда. Если заявление соответствует требованиям ч. 1, 5 и 6 ст. 318 УПК, судья обязан принять его к производству, о чем выносится постановление, а заявитель с этого момента является частным обвинителем (Постановление КС РФ от 28 июня 2023 г. № 36-П).

Также в постановлении отмечается, что в январе 2019 г. вступили в силу поправки в ст. 31 УПК, согласно которым дела о преступлениях, предусмотренных ст. 116.1 УК, не подсудны мировому судье и отнесены к ведению районного суда. При этом дела частного обвинения в отношении военнослужащих рассматривают гарнизонные военные суды – относящиеся, как и районные, к системе федеральных судов общей юрисдикции, – которые в силу ч. 7 ст. 318 УПК, получив заявление лица, пострадавшего от преступления, выносят постановление о принятии заявления к производству. В свою очередь, ст. 318 УПК, устанавливающая порядок возбуждения дела частного обвинения, включена в разд. XI «Особенности производства у мирового судьи» Кодекса, а потому с формальной точки зрения (которая была приведена в мотивировочной части судебных решений, представленных заявительницей жалобы) прямо не направлена на регулирование деятельности районных судов по разрешению этой категории дел. Однако это не означает, что содержащийся в данном разделе порядок уголовного судопроизводства по делам частного обвинения (в том числе порядок принятия судом к производству заявлений о преступлениях по ч. 1 ст. 116.1 УПК) неприменим к районным судам. Соответственно, предполагается единый порядок принятия и рассмотрения судом первой инстанции заявлений о возбуждении дел частного обвинения – вне зависимости от того, мировому, районному или гарнизонному военному суду подсудна эта категория уголовных дел. В системе текущего правового регулирования эти правила закреплены в гл. 41 УПК.

Иное, пояснил Конституционный Суд, приводило бы к невозможности начала производства по делам, разрешение которых отнесено законом к полномочиям непосредственно районного суда, к оставлению жертв домашнего насилия без своевременной судебной защиты, нарушению права на разрешение дела в разумный срок, умалению достоинства личности, создавало бы предпосылки для новых преступных посягательств на них, тем более в условиях, когда преступление (нанесение побоев) совершено лицом, подвергнутым административному наказанию за такое деяние, означало бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, совершившим противоправные действия, но и государством, а потому противоречило бы Конституции. С этим выводом согласуется ответ Верховного Суда на запрос КС по этому делу, в котором он указал, что в данном случае применению подлежит институт процессуальной аналогии: принятие районным судом к производству и рассмотрение им дел частного обвинения о преступлениях по ч. 1 ст. 116.1 УК осуществляется по правилам производства по делам, подсудным мировому судье.

Таким образом, резюмируется в постановлении, оспариваемые нормы не противоречат Конституции, поскольку не предполагают отказа районного суда в принятии к производству по заявлению потерпевшего (его законного представителя) дела частного обвинения о привлечении обвиняемого лица к ответственности по ч. 1 ст. 116.1 УК на том основании, что установленные гл. 41 УПК правила определяют порядок производства по делам частного обвинения, подсудным мировому судье. Этим не исключается право федерального законодателя уточнить нормативный порядок рассмотрения дел частного обвинения.

Поскольку возобновление уголовного производства по делам частного обвинения по заявлениям Галины Баскаковой невозможно ввиду истечения сроков давности уголовного преследования, КС указал на отсутствие оснований для пересмотра по этим делам судебных решений, вынесенных на основании оспариваемых заявительницей законоположений. При этом Конституционный Суд добавил, что заявительница в силу нарушения ее конституционных прав может рассчитывать на применение в отношении нее компенсаторных механизмов, чьи форму и размер надлежит определить районному суду, рассмотревшему дела с ее участием в первой инстанции.

Адвокат АП Ставропольского края Никита Трубецкой считает, что комментируемое постановление имеет большое практическое значение, поскольку устраняет процессуальную неопределенность. «Уголовные дела частного обвинения о преступлении, предусмотренном ст. 116.1 УК, не подсудны мировому судье и отнесены к компетенции районного суда. Это обстоятельство стало причиной процессуальных ʺмытарствʺ заявительницы, столкнувшейся с процессуальной неопределенностью, которая фактически привела к невозможности получения действительной судебной защиты по делу частного обвинения, не отнесенного к подсудности мирового судьи – притом, что именно процедурно упрощенный, исключающий досудебную стадию, порядок производства по уголовным делам, которые федеральный законодатель в рамках своей дискреции отнес к делам частного обвинения, призван обеспечить скорейший доступ граждан к правосудию и защиту прав пострадавших от преступлений по делам частного обвинения. Как правильно отметил КС, если потерпевший по уголовному делу частного обвинения способен защищать свои права и законные интересы самостоятельно или с помощью законного представителя, рассмотрение заявления о совершении в отношении него преступления относится к исключительной компетенции суда (соответственно, именно судья обязан принять заявление к производству)», – пояснил он.

Адвокат добавил, что несмотря на то, что ст. 318 УПК, устанавливающая порядок возбуждения уголовного дела частного обвинения, включена в раздел, регулирующий производство у мирового судьи, – то есть с формальной точки зрения не направлена на регулирование деятельности районных судов по разрешению данной категории уголовных дел, указанный порядок применим по аналогии, с учетом принципа юридического равенства (однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом). «В то же время КС справедливо указал на возможность федерального законодателя уточнить нормативный порядок рассмотрения дел частного обвинения. Последнее означает, что, скорее всего, следует ждать точечных изменений в УПК относительно процедуры рассмотрения дел частного обвинения районными и приравненными к ним судами», – заключил Никита Трубецкой.

Адвокат КА «Якупов и партнеры» Егор Филин полагает, что комментируемое постановление вносит ясность для правоприменителей. «Очевидно, что в рассматриваемом случае были созданы препятствия для заявителя при рассмотрении дела в первой инстанции. Создается впечатление о выстраиваемых процессуальных препятствиях для восстановления нарушенных прав от тех, кто должен восстанавливать в этих правах. Процедура возбуждения уголовных дел в частном порядке является щепетильным моментом с точки зрения функций государства и правоохранительных органов перед обществом, поскольку в таких делах государство формально делегирует часть своих функций конкретному гражданину, но при этом как бы обещает ему, что это делегирование не повлияет на возможность восстановления его прав. В данном случае Конституционный Суд справедливо усмотрел нарушение такого обещания государства перед обществом. Не менее интересным будет узнать сумму компенсации, которую установит суд первой инстанции для исправления своих же ошибок. Будем надеяться, что Постановление № 13-П/2024 станет не просто ориентиром для судебной системы, но и единственно правильной инструкцией в аналогичных ситуациях», – заключил он.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button