КС отклонил жалобу на правила зачета в срок лишения свободы времени пребывания в СИЗО Юридический центр
КС отклонил жалобу на правила зачета в срок лишения свободы времени пребывания в СИЗО

Суд пояснил, что при переводе осужденного к лишению свободы в исправительной колонии лица в следственный изолятор для следственных действий по новому уголовному делу вопрос о возможном зачете времени содержания этого лица в СИЗО подлежит рассмотрению при постановлении нового приговора

По мнению одного адвоката, правовая проблема, обозначенная в жалобе заявителя, зачастую связана исключительно с неправильным применением судами оспариваемых положений ввиду отсутствия четкой законодательной регламентации. Другой отметил, что достаточно часто осужденные переводятся для производства следственных действий с ними по другим делам в следственные изоляторы, где условия являются гораздо более суровыми. Третий считает, что ст. 77.1 УИК РФ не идеальна, поскольку в ней не содержится четкого упоминания о зачете времени нахождения лица в СИЗО в качестве свидетеля.

Конституционный Суд опубликовал Определение
№ 245-О/2024 по жалобе на ч. 3.1 ст. 72 «Исчисление сроков наказаний и зачет наказания» УК РФ и ст. 77.1 «Привлечение осужденных к лишению свободы к участию в следственных действиях или судебном разбирательстве» УИК РФ.

19 февраля 2021 г. Невский районный суд г. Санкт-Петербурга приговорил Марину Медесабаль к 4,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания осужденной под стражей до дня вступления указанного приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима. С приговором в этой части согласились вышестоящие суды.

Постановлением судьи Выборгского городского суда Ленинградской области от 31 октября 2022 г. Марина Медесабаль на весь период рассмотрения другого уголовного дела в отношении нее была переведена из ИК в СИЗО в порядке, установленном ст.77.1 УИК РФ. Поскольку после вынесения приговора от 19 февраля 2021 г. по 30 ноября 2021 г. Марина Медесабаль находилась в СИЗО (как указано в жалобе – в том числе в качестве свидетеля), она обратилась с ходатайством о зачете в срок отбытия наказания в соответствии с положениями ст.72 УК РФ этого времени содержания ее под стражей.

Судья Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга отказал в принятии к рассмотрению этого ходатайства. Он исходил из того, что время содержания заявителя под стражей до вступления приговора в законную силу (9 сентября 2021 г.) было зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в ИК общего режима. Коэффициенты кратности, закрепленные положениями ч. 3.1 ст.72 УК, как пояснил суд, не распространяются на стадию исполнения приговора, вступившего в законную силу, и не применяются к периоду содержания под стражей осужденных в порядке, предусмотренном ст. 77.1 УИК. С этим согласились вышестоящие инстанции.

В жалобе в Конституционный Суд Марина Медесабаль указала, что ч. 3.1 ст. 72 УК и ст. 77.1 УИК противоречат Конституции РФ в той мере, в какой они не позволяют судам использовать коэффициенты кратности для зачета в срок лишения свободы длительного времени содержания в СИЗО лица, осужденного к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, переведенного в СИЗО на период рассмотрения другого уголовного дела в отношении него.

Отказывая в рассмотрении жалобы, КС отметил, что в основе зачета в срок наказания периода, в течение которого лицо подвергается изоляции от общества, лежит сопоставление характера применяемых при этом уголовно-правовых или уголовно-процессуальных ограничений (определения от 25 января 2018 г. № 212-О, от 17 июля 2018 г. № 2030-О, от 27 сентября 2018 г. № 2140-О и др.).

Суд пояснил, что положения ст. 72 УК среди прочего определяют правила исчисления срока лишения свободы, порядок зачета в этот срок периода содержания под стражей, исходя из вида исправительного учреждения и режима, и предназначены для правильного исчисления срока наказания, подлежащего отбытию осужденным. Вопрос же о виде исправительного учреждения, в котором должен отбывать наказание осужденный к лишению свободы, и его режиме разрешается судом при постановлении приговора.

В определении указано, что по смыслу позиции, выраженной в определениях КС от 28 февраля 2019 г. № 572-О и от 31 мая 2022 г. № 1402-О, именно приговор устанавливает юридический факт применения положений ст. 72 УК, поскольку вопрос о зачете времени содержания под стражей разрешается при постановлении приговора или же на стадии его исполнения, если данный вопрос не был разрешен судом при постановлении приговора. В свою очередь, ч. 5 ст. 69 УК содержит норму, согласно которой если после вынесения судом приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора по первому делу, то наказание назначается по тем же правилам, какие предусмотрены в частях 1–4 данной статьи; в этом случае в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору суда. Как пояснил КС, такое правовое регулирование обеспечивает назначение справедливого наказания за совершение лицом до вынесения приговора двух или более преступлений, независимо от того, выявлено уголовно наказуемое деяние до или после вынесения приговора.

Конституционный Суд отметил, что Пленум ВС РФ также придерживается позиции о том, что срок отбывания окончательного наказания в виде лишения свободы, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 или ст. 70 УК, исчисляется со дня постановления последнего приговора. При этом производится зачет времени предварительного содержания под стражей по последнему делу в порядке меры пресечения или задержания. В срок наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК, должно быть, кроме того, зачтено наказание, отбытое полностью или частично по первому приговору (п. 57 Постановления от 22 декабря 2015 г. № 58). Назначая лицу наказание в виде лишения свободы по совокупности преступлений или по совокупности приговоров, суд должен назначить ему вид исправительного учреждения в соответствии с требованиями ст. 58 УК после определения окончательной меры наказания, указал КС.

КС подчеркнул, что согласно ст. 77.1 УИК РФ при необходимости участия в следственных действиях в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого) осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьме могут быть оставлены в СИЗО либо переведены в него из указанных исправительных учреждений на основании мотивированного постановления следователя. Также при необходимости участия в судебном разбирательстве осужденные могут быть по определению суда или постановлению судьи оставлены в СИЗО либо переведены в него.

Суд подытожил, что при переводе осужденного к лишению свободы в исправительной колонии лица в СИЗО или оставлении в нем в качестве подозреваемого (обвиняемого) при необходимости участия в следственных действиях и в судебном разбирательстве по новому уголовному делу вопрос о возможном зачете времени содержания этого лица в СИЗО подлежит рассмотрению при постановлении нового приговора и назначении окончательного наказания по совокупности преступлений в порядке, установленном ч. 5 ст. 69 УК РФ. Таким образом, Конституционный Суд пояснил, что в деле Марины Медесабаль не завершен процесс судебной защиты ее прав, а потому ее жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в КС РФ, не может быть принята к рассмотрению.

Комментируя определение КС, адвокат АП Ставропольского края Александр Польченко высказал мнение, что отказ в принятии к рассмотрению жалобы является формальным, на что прямо указывает отсылка на то, что заявитель не исчерпала все возможности судебной защиты своих прав. «Правовая проблема, обозначенная в жалобе заявителя, в правоприменительной практике не столь редка и зачастую связана исключительно с неправильным применением нижестоящими судами положений ч. 3.1 ст.72 УК и ст. 77.1 УИК при рассмотрении ходатайств осужденных о зачете в срок лишения свободы времени пребывания в СИЗО с применением установленных законом коэффициентов кратности. Причиной же этих ошибок, по моему мнению, является отсутствие четкой законодательной регламентации таких ситуаций, что в свою очередь как раз входит в круг дискреционных полномочий КС», – пояснил эксперт.

Адвокат отметил, что из содержания определения следует, что какой-то определенный период времени гражданка Медесабаль находилась в СИЗО в качестве свидетеля по другому уголовному делу и ее правовой статус по делу не менялся на подозреваемого или обвиняемого. При таких обстоятельствах, считает Александр Польченко, разъяснение КС о необходимости применения в отношении заявителя нижестоящими судами положений ч. 5 ст. 69 УК РФ является некорректным и противоречащим положениям Конституции о равенстве всех перед законом: «В таких случаях свидетель по уголовному делу, отбывающий наказание по приговору суда, но временно переведенный в СИЗО с более суровыми условиями содержания, фактически поражается в праве отбывать свое наказание в тех условиях и режиме, что были определены ему приговором суда, но фактически были изменены по постановлению следователя или суда на более строгие».

По мнению эксперта, этот правовой казус потенциально разрешим только в отношении тех лиц, которые в конечном итоге переходят из статуса свидетеля в статус обвиняемого и подсудимого по другому уголовному делу, путем применения положений ч. 5 ст. 69 УК РФ, на что и указал Конституционный Суд в своем определении. «Но этот казус превращается в пробел в законодательстве, если свидетель, отбывающий наказание по другому делу, так и остается свидетелем по новому уголовному делу. Именно данную проблему, представляется, в случае с жалобой Марины Медесабаль КС отказался рассматривать по формальному основанию», – прокомментировал Александр Польченко.

Старший партнер АБ ZKS Андрей Гривцов полагает, что определение КС оставило небольшую лазейку для того, чтобы в рассматриваемой ситуации срок пребывания в СИЗО на период перевода из колонии был пересчитан по приговору суда. «По сути же, КС уклонился от оценки ситуации, в которой совершенно не понятно, состоится ли какой-либо новый приговор в отношении осужденной, а тяготы этапирования и перевода в СИЗО она вынуждена переносить уже сейчас», – рассуждает адвокат.

Андрей Гривцов считает, что затронутая в жалобе проблема на практике является весьма острой, так как достаточно часто осужденные переводятся для производства следственных действий с ними по другим делам в следственные изоляторы, где условия являются гораздо более суровыми. В этой связи логично было бы говорить о пересчете сроков отбывания наказания в таких случаях в порядке, аналогичном тому, который закреплен в ст. 72 УК РФ, отметил он. «Также актуальной проблемой являются суровые условия этапирования осужденных к месту отбывания наказания. Сроки отбывания наказания в таких случаях также не пересчитываются, хотя, очевидно, что осужденные испытывают тяжкие невзгоды. Разрешить данную проблему можно было бы путем внесения изменений в УИК РФ, в соответствии с которым будет закреплен зачет сроков отбывания наказания в случаях перевода осужденных в следственные изоляторы и этапирования, по аналогии с зачетом сроков, который закреплен в ст. 72 УК РФ», – полагает Андрей Гривцов.

Соглашаясь с актуальностью поставленной проблемы, адвокат АП Свердловской области Александр Чарыков отметил, что ст. 77.1 УИК РФ не идеальна, поскольку в ней не содержится какого-либо упоминания о зачете времени нахождения лица в СИЗО в качестве свидетеля и она «отстает» по своему смыслу и содержанию от положений ч. 3.1 ст. 72 УК. «С одной стороны, КС РФ делает правильный вывод о том, что вопрос о возможном зачете времени содержания лица в СИЗО подлежит рассмотрению при постановлении нового приговора. С другой – Суд умалчивает о свидетелях (а такой вопрос поднимается заявителем) и считает жалобу формально не отвечающей критерию допустимости. Очевидно, что при “завершении процесса судебной защиты прав” вопрос о нахождении в СИЗО в качестве свидетеля разрешен не будет и заявителю вновь потребуется обращаться в КС РФ», – предположил эксперт.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button