Что следует учитывать при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов? Юридический центр
Что следует учитывать при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов?

Верховный Суд, в частности, напомнил, что брачный договор прекращает свое действие в связи с прекращением брака и его условия о режиме приобретаемого в период брака имущества не распространяются на период последующего брака сторон

По мнению одного адвоката, правовое регулирование невозможности распространения действия брачного договора на второй брак имеет своей целью не только обеспечение правовой определенности в отношении супругов, но также и третьих лиц, прежде всего кредиторов. Другой подчеркнул, что в случае расторжения брака брачный договор исчерпывает себя и не может порождать юридических последствий. Третья считает, что определение представляет собой некую памятку – напоминание судам о безусловной важности тщательного и эффективного судебного разбирательства.

Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 24-КГ23-26-К4, в котором рассмотрел спор о разделе совместно нажитого имущества, отчужденного супругом отцу, без согласия супруги.

Анастасия и Арсен Оганисян в январе 2016 г. зарегистрировали брак. В ноябре того же года они заключили брачный договор, в соответствии с которым все имущество, которое будет приобретаться супругами в период брака, будет являться исключительно собственностью того, на чье имя оно будет приобретено. В июне 2017 г. супруги развелись, однако в декабре того же года вновь зарегистрировали брак, который был расторгнут в марте 2020 г. В период второго брака ими были приобретены три квартиры, право собственности на которые было зарегистрировано за Арсеном Оганисяном.

В июне 2019 г. эти квартиры были отчуждены отцу Арсена Оганисяна – Рафику Оганесяну. Поскольку согласие на отчуждение спорного недвижимого имущества Анастасия Оганисян не давала, она (уже после расторжения второго брака) обратилась в суд с иском к бывшему супругу и его отцу, в котором просила признать совместно нажитым имуществом спорные квартиры и произвести их раздел; признать недействительными сделки по отчуждению указанных объектов недвижимости и применить последствия недействительности сделок.

Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 11 августа 2022 г. в удовлетворении исковых требований было отказано. Суд исходил из того, что спорные квартиры были приобретены за счет денежных средств Рафика Оганесяна, в связи с чем не являются совместно нажитым имуществом супругов и не подлежат разделу. Кроме того, суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о признании оспариваемых сделок недействительными, указав, что о наличии спорных квартир истцу было известно еще в 2019 г. Апелляция согласилась с данными выводами, дополнительно указав, что ст. 35 Семейного кодекса РФ и ст. 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом; Анастасией Оганисян не представлено доказательств того, что отец ее бывшего супруга знал или должен был знать об отсутствии ее согласия на совершение оспариваемых сделок. Кассационный суд поддержал выводы нижестоящих судов.

Анастасия Оганисян обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ. Рассмотрев дело, Судебная коллегия по гражданским делам ВС отметила, что в силу ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. А общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. 128, 129, п. 1 и 2 ст. 213 ГК может быть объектом права собственности граждан независимо от того, на имя кого из супругов или кем из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

ВС указал, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, исключает такое имущество из режима общей совместной собственности. Однако в рассматриваемом деле суд первой инстанции в полной мере не установил имеющие существенное значение для правильного разрешения спора обстоятельства, не исследовал договоры купли-продажи, на основании которых приобретались спорные квартиры в период брака сторон, не определил, кто являлся стороной по указанным договорам, не дал надлежащей правовой оценки условиям договоров об оплате спорных квартир.

В определении отмечается: делая вывод о том, что спорные квартиры были приобретены за счет денежных средств Рафика Оганесяна, суд первой инстанции сослался на расписку от 7 декабря 2017 г., согласно которой Р. Патоков получил от Рафика Оганесяна денежные средства в счет оплаты стоимости приобретаемых квартир. Также суд сослался на договор дарения денежных средств от 15 мая 2018 г., согласно которому Рафик Оганесян подарил сыну денежные средства в размере 900 тыс. руб. для приобретения одной из квартир. ВС обратил внимание: истец заявляла о том, что указанные документы являются подложными и составлены после предъявления искового заявления, также она просила назначить судебно-техническую экспертизу в отношении расписки и договора дарения денежных средств, однако в удовлетворении данных ходатайств судами было немотивированно отказано. Суд подчеркнул: согласно ст. 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства. Данный вопрос требует специальных познаний, которыми суд не обладает, необходимые сведения для правильного разрешения дела могли быть получены посредством проведения судебной экспертизы в соответствии со ст. 79 ГПК.

ВС напомнил, что в соответствии с п. 3 ст. 35 СК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых договоров дарения) для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Как пояснил Суд, с учетом того, что супруги Оганисян на момент совершения оспариваемых сделок, заключенных между Арсеном и Рафиком Оганесянами, состояли в зарегистрированном браке, к правоотношениям сторон подлежали применению положения п. 3 ст. 35 названного Кодекса. Однако материалы дела не содержат сведений о том, что Анастасия Оганисян выдавала супругу нотариально удостоверенное согласие на совершение сделок. ВС также обратил внимание: возложение судом апелляционной инстанции на истца бремени доказывания факта того, что другая сторона в оспариваемых сделках по распоряжению недвижимостью знала или должна была знать об отсутствии согласия супруга на совершение сделок, противоречит требованиям закона.

Суд апелляционной инстанции также указал, что для государственной регистрации перехода права собственности по оспариваемым договорам в регистрирующий орган Арсеном Оганисяном был представлен брачный договор, в связи с чем согласие супруга на совершение сделок не требовалось. ВС отметил, что согласно п. 3 ст. 43 СК действие брачного договора прекращается с момента прекращения брака, за исключением тех обязательств, которые предусмотрены брачным договором на период после прекращения брака. Брачный договор прекратил свое действие в связи с прекращением первого брака между Анастасией Оганисян и Арсеном Оганисяном, и его условия о режиме приобретаемого супругами в период брака имущества не распространяются на период последующего брака сторон. Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о том, что стороны распространили положения брачного договора на период нового брака, не основан на законе.

В определении отмечается, что, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции также пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о признании сделок недействительными, сославшись на показания свидетеля, согласно которым истцу было известно о наличии спорных квартир еще в 2019 г. ВС указал, что супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Судебная коллегия подчеркнула, что на основании п. 2 ст. 199 ГК исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Суду следовало установить, когда истец узнала или должна была узнать о заключении оспариваемых сделок, между тем суд не определил названные обстоятельства в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания и не получили правовой оценки, что повлекло за собой преждевременный вывод судов о пропуске истцом срока исковой давности. Верховный Суд отметил, что в исковом заявлении и при рассмотрении дела в суде истец ссылалась на то, что об отчуждении спорных квартир она узнала только 16 мая 2022 г. при получении выписок из ЕГРН в отношении данных объектов недвижимости. Однако указанным доводам истца судом первой инстанции в нарушение требований ст. 67 и ч. 4 ст. 198 ГПК оценка не дана. Кассационный суд допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения не выявил и не устранил, добавил ВС.

Таким образом, Верховный Суд посчитал, что допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, а потому отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Управляющий партнер юридической фирмы «Ватаманюк & Партнеры», адвокат Владислав Ватаманюк отметил, что поднятая в определении проблематика актуальна, поскольку на практике возникает вопрос, касающийся действия брачного договора в отношении второго брака между теми же супругами, если указанный договор был заключен лишь в период действия первого из них: «Суды не всегда верно поступают, разрешая спор о разделе совместно нажитого имущества в подобных ситуациях, и данное дело, дошедшее до ВС, – не исключение».

Владислав Ватаманюк уверен, что позицию Судебной коллегии следует поддержать. Он полагает, что вопрос, касающийся распространения действия брачного договора, не был главным, так как в первую очередь рассматривался вопрос, касающийся допустимости признания имущества, нажитого супругами во время брака, личным имуществом каждого из них. «Сформулированная позиция полностью соответствуют закону. В соответствии с положениями семейного законодательства действие брачного договора прекращается с момента прекращения брака. Это означает, что вне зависимости от того, заключили ли супруги новый брачный союз, брачный договор, заключенный в период первого брака, прекращается и не может распространяться на второй брак. В том случае если супруги желают установить правовой режим совместно нажитого имущества во время второго брака, отличный от того, что предусмотрен в семейном законодательстве (отойти от принципа равенства долей), они должны заключить новый брачный договор. Это имеет своей целью не только обеспечение правовой определенности в отношении супругов, но также третьих лиц, прежде всего кредиторов», – прокомментировал адвокат.

Адвокат АП г. Москвы Олег Пантюшов считает, что выводы ВС абсолютно правильны, поскольку невозможно применять положения прекращенного брачного договора ввиду прекращения брака к вновь заключенному браку, хотя и между теми же лицами, в процессе спора о разделе имущества. «Новый брак – должен быть новый брачный договор, нет договора – раздел осуществляется на основании общих правил, установленных в законодательстве. Закон не допускает таких возможностей. Сделка исчерпала себя и не может порождать юридических последствий», – пояснил он.

Кроме того, по мнению Олега Пантюшова, ВС справедливо обратил внимание, что суды необоснованно отказали в назначении экспертизы по установлению подлинности документов о дарении денежных средств, так как без мнения специалиста суд не может дать оценки данному факту, что нарушило право стороны на доказывание. Также, как отметил адвокат, ВС обоснованно обратил внимание на то, что суды ошибочно сделали вывод о пропуске истцом срока исковой давности, не опровергнув доводы истца о том, что о смене собственника ей стало известно при получении выписки из реестра. Суду первой инстанции следовало включить данный факт в перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, заключил эксперт.

Адвокат, советник практики семейного права и наследственного планирования BGP Litigation Гаяне Штоян отметила, что рассмотренное ВС дело отражает одну из самых распространенных проблем в сфере брачных правоотношений – сложность раздела совместно нажитого имущества супругов. По ее мнению, само определение представляет собой некую памятку – напоминание судам о безусловной важности тщательного и эффективного судебного разбирательства.

Адвокат подчеркнула, что ВС в очередной раз обращает внимание судов на необходимость установления юридически значимых обстоятельств для отнесения имущества супругов к совместно нажитому. В частности, при решении вопроса о том, распространяется ли на имущество режим общей совместной собственности, судам необходимо устанавливать, на какие денежные средства и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось данное имущество в период брака. Не менее важным, как считает Гаяне Штоян, является указание на недопустимость оценки судами доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Она отметила, что Верховный Суд уже не в первый раз указывает судам на необходимость установления критериев отнесения имущества к совместно нажитому, а также надлежащей оценки представленных доказательств, однако данная проблема по-прежнему остается актуальной, что подтверждается немалым количеством отмененных в судах апелляционной и кассационной инстанций судебных актов по причине неверного определения правового режима имущества. «Определение ВС, безусловно, должно положительно отразиться на судебной практике, поскольку в очередной раз станет напоминанием судам о недопустимости вынесения решений без полного и всестороннего исследования обстоятельств дела и важности соблюдения процессуальных гарантий участников судебного процесса, которыми их наделил законодатель», – подытожила Гаяне Штоян.

Редакция «АГ» связалась с представителем Анастасии Оганисян в ВС, юристом Николаем Суховым, однако он воздержался от комментариев.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button