Может ли банк уведомлять заемщиков о задолженности с телефонного номера с буквенным обозначением? Юридический центр
Может ли банк уведомлять заемщиков о задолженности с телефонного номера с буквенным обозначением?

Верховный Суд указал, что это возможно, если сообщения содержат необходимую информацию для идентификации конкретного банка как отправителя сообщений

По мнению одного из экспертов «АГ», определение ВС имеет большое значение для практики рассмотрения аналогичных дел по административным правонарушениям, связанным с нарушением требований законодательства о защите прав и законных интересов физлиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности. Другая отметила, что направление дела на новое рассмотрение еще не означает отсутствие вины банка в нарушении требований законодательства о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности. Третий полагает, что в этом споре ВС использовал телеологический способ толкования права, обращая внимание на смысл норм, а не их форму.

14 февраля Верховный Суд вынес Определение
№ 306-ЭС23-21945 по делу
№ А49-10481/2022, в котором он признал за банками право уведомлять заемщиков о задолженности с телефонного номера с буквенным обозначением.

В сентябре 2022 г. УФССП по Пензенской области, рассмотрев жалобу гражданки Ольги Лимоновой, оштрафовал АО «Российский Сельскохозяйственный банк» на 50 тыс. руб. в рамках ч. 1 ст. 14.57 «Нарушение требований законодательства о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности» КоАП РФ. Административный орган счел, что банк нарушил требования Закона о защите прав и законных интересов физлиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности № 230-ФЗ, поскольку с целью взыскания просроченной задолженности им было осуществлено взаимодействие по абонентскому номеру Ольги Лимоновой путем направления СМС, содержащих уведомления о наличии просроченной задолженности, с телефонного номера с буквенным идентификатором RSHB. Таким образом, как сочло УФССП, произошло взаимодействие, направленное на возврат просроченной задолженности, которое осуществлялось банком с использованием скрытого альфанумерического номера RSHB.

Россельхозбанк оспорил решение УФССП, однако суд отказал в удовлетворении заявления со ссылкой на то, что используемое заявителем при взаимодействии с должником альфанумерическое имя RSHB не позволяет должнику идентифицировать ни телефонный номер, с которого осуществляется взаимодействие, ни оператора сотовой связи, ни сам банк, поскольку этот номер не обеспечивает контакт, а фактический номер телефона, с которого направлялись СМС-сообщения, скрыт. Суд добавил, что банк скрыл информацию о номере телефона, с которого направлялось сообщение Ольге Лимоновой, в нарушение ч. 1 ст. 14.57 КоАП РФ. Вышестоящие инстанции поддержали это решение.

Изучив кассационную жалобу Россельхозбанка, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда напомнила, что при осуществлении взаимодействия с должником путем направления сообщения либо звонка для каждого вида использованных телефонной или телематической сетей установлена обязанность раскрытия информации об отправителе сообщения: телефонный номер либо электронная почта, либо непосредственно возможность идентификации отправителя. При этом отправка СМС должникам может производиться не только путем отправки с использованием телефонных номеров по сетям радиотелефонной связи, но и через отправку электронных сообщений с применением соответствующих протоколов информационного обмена и специальных технологических платформ. Соответственно, отправка телематических электронных сообщений технологически производится без использования телефонного номера, а также выделенного телефонного аппарата/абонентской станции как средств связи, такая отправка производится через информационную систему.

Со ссылкой на положения Закона о связи ВС отметил, что оператор подвижной радиотелефонной связи, обеспечивающий передачу короткого текстового сообщения абонента, при передаче такого сообщения обязан передавать в неизменном виде абонентский номер, выделенный этому абоненту на основе договора об оказании услуг связи. Использование буквенного имени отправителя и указание в тексте сообщения сведений об отправителе и номере телефона, предусмотренных ч. 6 ст. 7 Закона о защите прав заемщиков при возврате просроченной задолженности, позволяют однозначно идентифицировать отправителя.

В этом деле, заметил Суд, банк представил заключенный с ПАО «Вымпел-Коммуникации» договор об оказании услуг связи, в рамках которого передача информации осуществляется не с телефонного номера банка, а через интернет-сеть оператору связи и далее к абоненту. Для идентификации отправителя сообщения банку был выделен номер абонента в виде буквенного имени отправителя (RSHB), который передавался при отправке сообщений от имени банка в неизменном виде и на законной основе. Имя отправителя, присвоенное банку оператором связи на основе договора об оказании услуг связи, является уникальным в целях идентификации банка как отправителя сообщений. При этом непосредственно в тексте направляемых должнику СМС-сообщений приводились наименование банка и номер телефона для связи с ним, что позволяет однозначно идентифицировать кредитную организацию как отправителя сообщений. Однако нижестоящие суды проигнорировали эти обстоятельства.

Поскольку установленный Законом № 230-ФЗ запрет на сокрытие информации о номере контактного телефона, с которого направляется сообщение должнику, направлен на недопущение анонимного воздействия на должника и создание условий для осуществления госконтроля за деятельностью отправителя сообщений должникам, существенное значение для рассмотрения дела имели обстоятельства, связанные с тем, что направленные Россельхозбанком должнику СМС с использованием буквенного имени отправителя – RSHB действительно содержали уведомления о наличии просроченной задолженности и предусмотренные ч. 6 ст. 7 Закона № 230-ФЗ сведения об отправителе и номере телефона для связи с банком, что позволяло однозначно должнику идентифицировать банк как отправителя сообщений.

«Также не получили надлежащей оценки судов доводы банка о том, что административным органом при решении вопроса о привлечении банка к административной ответственности не указано, каким образом происходит сокрытие телефонного номера, а именно: административным органом не дана оценка технической возможности такого сокрытия в условиях используемого банком вида связи и вида направленного сообщения, а также не запрашивалась информация относительно того, была ли у банка техническая возможность произвести подмену телефонного номера с целью его последующего сокрытия от получателя сообщения и предпринимались ли подобные попытки у операторов связи отправляющей и принимающей сообщения стороны», – заключил ВС, отменив судебные акты нижестоящих инстанций и вернув дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Председатель КА Краснодарского края «Антонова и партнеры» Екатерина Антонова отметила, что определение ВС имеет большое значение для практики рассмотрения аналогичных дел по административным правонарушениям, связанным с нарушением требований законодательства о защите прав и законных интересов физлиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности. «Суды должны тщательно изучать обстоятельства каждого конкретного случая, учитывать договорные отношения между кредитором и оператором связи, а также проверять технические возможности сокрытия или подмены телефонного номера отправителя сообщений. ВС также счел, что использование буквенного имени отправителя не является само по себе нарушением законодательства, если в сообщениях содержатся необходимые сведения об отправителе и его контактный номер телефона. Таким образом, Суд установил, что банк действовал добросовестно, напоминая должнику о его задолженности. Независимо от напоминаний банка должник должен помнить о своих обязательствах, в рассматриваемом случае банк оказал услугу по напоминанию. Чтобы иметь полноценную юридическую силу и не иметь двойных стандартов толкования действий сторон, рекомендую в договорах использовать оговорку, с какого именно номера телефона и с какого буквенного идентификатора будут поступать уведомления должнику», – отметила она.

Декан юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ, д.ю.н., профессор Гульнара Ручкина пояснила, что альфанумерический номер, или альфа-имя, – это название, которое отображается в телефонах получателей СМС-сообщений в поле «Отправитель». «Альфа-имя регистрируется и проходит подтверждение у мобильного оператора. Отправка электронных сообщений осуществляется с применением протоколов обмена через информационную систему без использования телефонного номера. Сама по себе подобная отправка сообщений с использованием альфа-имени не противоречит положениям Закона № 230-ФЗ, которым не допускается анонимное воздействие на должника. При осуществлении взаимодействия кредитора с должником, в том числе путем направления сообщения, установлена обязанность раскрытия информации об отправителе с указанием его наименования и номера телефона для связи. Это и было сделано банком непосредственно в тексте сообщения. Однако, как верно указал ВС, нижестоящими судами не дана правовая оценка данным обстоятельствам, имеющим существенное значение для рассмотрения спора, поэтому он вполне логично и обоснованно вернул дело на новое рассмотрение. Правовая оценка содержания СМС-сообщений от банков через отправку с использованием альфа-имени способствует устранению противоречий между банками и административными органами», – заметила она.

В то же время, как полагает эксперт, направление дела на новое рассмотрение еще не означает отсутствие вины банка в рамках ч. 1 ст. 14.57 КоАП РФ. «Частью 6 ст. 7 Закона № 230-ФЗ предусмотрено, что в текстовых сообщениях должны быть указаны наименование кредитора, сведения о наличии просроченной задолженности и номер контактного телефона кредитора. Если идентифицировать отправителя по альфа-имени есть возможность, поскольку цель его использования сводится к узнаваемости и безопасности, то отсутствие в сообщениях иных необходимых сведений может быть квалифицированно как нарушение по ст. 14.57 КоАП РФ. Правовая оценка сообщений кредитора должнику при новом рассмотрении дела поможет банкам не допускать нарушений, а должникам гарантировать взаимодействие с кредиторами в рамках установленных правил и требований», – заключила Гульнара Ручкина.

Управляющий партнер юридической фирмы LEXING Андрей Тишковский полагает, что нижестоящие суды вынесли вполне обоснованные с точки зрения буквы закона судебные акты, однако Верховный Суд, отменяя их, обратил внимание на вопрос идентификации кредитора при взаимодействии с должником. «ВС нередко использует телеологический (целевой) способ толкования права, обращая внимание на смысл норм, а не их форму. С одной стороны, это создает некоторую формальную неопределенность, а с другой, делает некоторые нормы права более гибкими и эффективными с точки зрения судебной защиты заинтересованных лиц, в данном случае – добросовестного кредитора, указавшего в сообщении все необходимые для его идентификации данные», – отметил эксперт.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button