ВС защитил интересы залогового кредитора при реализации единственного жилья гражданина-банкрота Юридический центр
ВС защитил интересы залогового кредитора при реализации единственного жилья гражданина-банкрота

Суд указал на ошибочность выводов о возможности удовлетворения требований залогового кредитора по неустойке только после погашения требований кредиторов третьей очереди по основному долгу и процентам, поскольку они не учитывают правовую природу залога единственного жилья

В комментарии «АГ» представитель залогового кредитора отметил, что определение Суда является практикообразующим и продолжает развитие его правовых позиций, направленных на сохранение баланса интересов конкурсных кредиторов и должника. Один из экспертов «АГ» полагает, что изложенная в определении позиция должна устранить имеющуюся путаницу при рассмотрении нижестоящими судами аналогичных дел. Другая отметила: при данном подходе может показаться, что за скобками остаются интересы должника, однако в данном случае должник должен был внимательно ознакомиться с кредитным договором и учесть условие о неустойке, кроме того, он не был лишен права ходатайствовать о снижении ее размера.

Верховный Суд опубликовал Определение № 304-ЭС23-2129 (3) по делу № А45-29954/2020, в котором определил порядок распределения денежных средств от реализации залогового имущества – единственного жилья должника.

В ноябре 2020 г. было возбуждено дело о банкротстве Дениса Анохина. Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 5 марта 2021 г. в третью очередь реестра требований кредиторов должника было включено требование Александра Артемьева в сумме 5,6 млн руб., в том числе 4,1 млн руб. неустойки, как обеспеченное залогом имущества должника. В мае 2021 г. Денис Анохин был признан банкротом, в отношении него была введена процедура реализации имущества.

Впоследствии между Александром Артемьевым и финансовым управляющим возникли разногласия относительно очередности удовлетворения требования залогового кредитора по выплате неустойки при распределении денежных средств, вырученных в результате продажи заложенного имущества. В связи с этим финансовый управляющий имуществом должника обратился в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий.

Суд разрешил возникшие разногласия и установил порядок распределения денежных средств от реализации залогового имущества должника. Он посчитал, что требование об уплате неустойки как обеспеченное залогом имущества должника учитывается отдельно в реестре требований кредиторов должника и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов за пользование денежными средствами по требованиям всех кредиторов третьей очереди, включая незалоговых. Однако такое требование имеет залоговое преимущество перед удовлетворением необеспеченных требований других кредиторов по взысканию финансовых санкций. Такую позицию поддержали суды апелляционной и кассационной инстанций.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Александр Артемьев обратился в Верховный Суд. Рассмотрев дело, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС напомнила, что по общему правилу залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в том числе неустойку (ст. 337 ГК РФ). При этом обеспеченное залогом требование о взыскании неустойки учитывается отдельно в реестре требований кредиторов, подлежит удовлетворению в очередности, установленной п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве, преимущественно по отношению к необеспеченным требованиям других кредиторов по взысканию финансовых санкций (п. 24 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г., утв. Президиумом ВС РФ 26 апреля 2023 г.; п. 14 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 за 2017 г.; определения ВС от 30 марта 2017 г. № 301-ЭС16-17271; от 12 октября 2022 г. № 305-ЭС22-11129).

Экономколлегия подчеркнула: определяя порядок распределения денежных средств, вырученных в результате продажи заложенного имущества по настоящему спору, суды не учли, что в залоге у кредитора находилось жилое помещение – квартира, являющееся для должника единственным пригодным для постоянного проживания жильем.

ВС указал, что согласно п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (исполнительский иммунитет). Абзац 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ относит к такому имуществу жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Суд разъяснил, что по обеспеченному ипотекой долгу не применяется правило об исполнительском иммунитете. «Гражданин, передавая свое единственное жилье в залог, фактически отказывается от такого иммунитета в пользу кредитора. В то же время заключение договора ипотеки с конкретным залоговым кредитором не означает, что должник отказывается от исполнительского иммунитета по требованиям всех остальных кредиторов. По смыслу действующего законодательства исполнительский иммунитет сохраняется в отношении долгов, не обеспеченных ипотекой единственного жилья», – указано в определении.

ВС отметил, что поскольку иные кредиторы не имеют права претендовать на стоимость единственного жилья, то в ситуации, когда по требованию залогодержателя квартира включена в конкурсную массу и после ее реализации и погашения основного долга остались денежные средства, на них должен быть распространен режим исполнительского иммунитета. В результате этого находящиеся в иммунитете средства передаются только тому лицу, на которое иммунитет не распространяется, – залоговому кредитору по его обеспеченным требованиям более низкой очереди удовлетворения – по выплате финансовых санкций (Определение ВС РФ от 26 июня 2023 г. № 307-ЭС22-27054).

Судебная коллегия посчитала ошибочными выводы судов о возможности удовлетворения требований залогового кредитора по неустойке только после погашения требований кредиторов третьей очереди по основному долгу и процентам. Нижестоящие суды не учли правовую природу залога единственного жилья. Поскольку вырученной от реализации предмета залога суммы денежных средств недостаточно для погашения требования залогового кредитора в полном объеме, ВС признал обоснованными доводы последнего со ссылкой на правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица-залогодателя, изложенные в п. 5 ст. 213.27 Закона о банкротстве.

Таким образом, Верховный Суд отменил обжалуемые судебные акты, разрешив разногласия между финансовым управляющим и залоговым кредитором. Он определил, что в пользу залогового кредитора подлежит перечислению 90% суммы, вырученной от реализации предмета залога – единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения. Оставшиеся 10% подлежат направлению на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

Представитель заявителя в ВС, адвокат Седьмой коллегии адвокатов Омской области Юрий Липатов в комментарии «АГ» отметил, что судебная практика относительно порядка распределения денежных средств, вырученных от реализации имущества должника, обеспеченного залогом, противоречила положениям законодательства об исполнительском иммунитете, а также ряду судебных актов, в том числе вынесенным Верховным Судом РФ. В случае обращения взыскания на жилое помещение выручка от продажи, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику для приобретения иного жилища взамен реализованного и не может быть распределена между иными кредиторами до приобретения нового жилища. Между тем суд первой инстанции принял решение произвести погашение требований иных кредиторов третьей очереди по основному долгу и процентам до полного расчета с залоговым кредитором, не на приобретение иного жилища взамен реализованного, в чем его поддержали суды последующих инстанций.

Адвокат рассказал, что доводы кассационной жалобы были в полной мере учтены Верховным Судом. «Рассматриваемое определение является практикообразующим и продолжает развитие правовых позиций ВС РФ, уже сформулированных в Определении ВС № 307-ЭС22-27054, направленных на сохранение баланса интересов конкурсных кредиторов (в первую очередь залоговых) и должника, на наиболее полное удовлетворения требований залоговых кредиторов и обеспечение должника-гражданина жилищем», – прокомментировал Юрий Липатов.

Адвокат АП г. Москвы, руководитель судебных проектов консалтинговой группы «Берингов» Никита Глушков отметил, что ВС РФ вновь обратился к правовой природе залога единственного жилья. «Суд обратил внимание на то, что гражданин, передавая свое единственное жилье в залог, фактически отказывается от такого иммунитета в пользу кредитора. При этом важным пояснением, по мнению эксперта, является указание на то, что это не означает, что такой гражданин отказывается от исполнительского иммунитета по требованиям всех остальных кредиторов, – пояснил эксперт. – Следовательно, на средства, оставшиеся после реализации предмета залога, должен быть распространен режим исполнительского иммунитета. То есть находящиеся в иммунитете средства передаются тому лицу, на которое не распространяется иммунитет. В данном случае таким лицом является залоговый кредитор. Как правило, на практике это банк, выдавший ипотеку. Таким образом, в данном случае ВС принял решение, которое является более выгодным для залоговых кредиторов, нежели для необеспеченных кредиторов. Представляется, что изложенная позиция должна устранить имеющуюся путаницу при рассмотрении нижестоящими судами аналогичных дел».

Эксперт по банкротству компании «Финансово-правовой альянс» Евгения Боднар обратила внимание, что в 2023 г. ВС РФ рассмотрел довольно много банкротных споров, в которых последовательно изменял существовавшие подходы, и данное определение продолжает тему удовлетворения требований залогового кредитора, где предмет залога – единственное жилье должника. Она отметила, что в рассматриваемом деле суд не исследовал вопрос об исключении денежных средств из конкурсной массы на приобретение нового жилья должнику, а сосредоточился именно на порядке расчетов с кредиторами. По мнению эксперта, позиция ВС, изложенная в определении, соответствует интересам залоговых кредиторов.

«Казалось бы, за скобками остаются интересы должника в обеспечении конституционного права на жилье из-за неустойки. В данном случае ее размер более чем в 2,5 раза превышает сумму основного долга. Однако должник должен был внимательно ознакомиться с кредитным договором и учесть условие о неустойке, а также он не был лишен права ходатайствовать о снижении ее размера. Кроме того, навстречу должникам идет законодатель – приняв в первом чтении Госдумы законопроект № 309801-8, который позволит утвердить локальное мировое соглашение или план реструктуризации в отношении долга по единственному жилью, находящемуся в залоге», – резюмировала Евгения Боднар.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button