Совет АПГМ напомнил о необходимости надлежащего уведомления адвоката о судебном заседании Юридический центр
Совет АПГМ напомнил о необходимости надлежащего уведомления адвоката о судебном заседании

Прекращая дисциплинарное производство в отношении адвоката, не явившегося в суд по уважительной причине, совет палаты указал, что о месте, дате и времени судебного заседания стороны должны быть извещены не менее чем за пять суток до его начала

По мнению одного из адвокатов, подобные случаи происходят повсеместно: следственные органы регулярно не успевают направлять материалы в срок, а суды порой не учитывают установленные процессуальным законом сроки надлежащего уведомления стороны защиты об их рассмотрении. Другой отметил, что в данном вопросе органы адвокатского сообщества при полном и всестороннем рассмотрении жалоб придерживаются презумпции добросовестности адвокатов. Третий подчеркнул, что в данном случае нарушение было допущено судьей, принявшим ходатайство о продлении меры пресечения позднее установленного законом срока.

Совет Адвокатской палаты г. Москвы опубликовал решение
о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката, который не явился в судебное заседание по уважительной причине и в связи с ненадлежащим извещением о месте, дате и времени заседания.

В производстве судьи М. находился материал по рассмотрению постановления следователя о возбуждении ходатайства о продлении обвиняемому З. срока стражи. Защиту обвиняемого на стадии предварительного следствия осуществлял по соглашению адвокат К.

Впоследствии судья М. обратился в Адвокатскую палату г. Москвы, выдвигая в отношении адвоката К. дисциплинарное обвинение в том, что он, не явившись 24 мая 2023 г. в судебное заседание по рассмотрению ходатайства о продлении обвиняемому срока стражи, лишил последнего юридической помощи и защиты и не исполнил обязанности, возложенные КПЭА. В отношении адвоката было возбуждено дисциплинарное производство.

19 июля Квалификационная комиссия АПГМ вынесла заключение о необходимости прекращения дисциплинарного производства. Комиссией было установлено, что срок содержания под стражей З. истекал 25 мая. Материал по рассмотрению ходатайства следователя о продлении срока стражи был зарегистрирован судом только 23 мая, а уже на следующий день состоялось судебное заседание, и тогда же вынесено постановление об удовлетворении указанного ходатайства.

Рассмотрев дисциплинарное производство, совет палаты согласился с заключением квалифкомиссии и ее выводами. Он отметил, что в обращении судьи отсутствует указание на конкретные нормы Закона об адвокатуре и КПЭА, которые, по мнению заявителя, нарушил К. Вместе с тем, с учетом высокого профессионального статуса судьи, в его обращении необходимо указание правовых оснований для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности, указано в решении.

Совет палаты подчеркнул, что несоблюдение судьей требований по квалификации действий (бездействия) адвоката в совокупности с тем, что судье не предоставлено право выдвигать в отношении адвоката, осуществляющего защиту по соглашению, дисциплинарных обвинений в неисполнении профессиональных обязанностей перед доверителем, в том числе в отказе от защиты, свидетельствует о несоответствии обращения судьи М. требованиям к допустимому поводу для возбуждения дисциплинарного производства. Совет АПГМ учел, что жалоб на качество оказываемой К. юридической помощи от З., являющегося ее получателем, в палату не поступало.

Кроме того, в решении обращено внимание, что в соответствии с ч. 8 ст. 109 УПК РФ ходатайство о продлении срока содержания под стражей должно быть представлено в суд по месту производства предварительного расследования либо месту содержания обвиняемого под стражей не позднее чем за семь суток до его истечения. Таким образом, ходатайство следственного органа о продлении срока стражи З. поступило в суд с грубым нарушением срока, заметил совет палаты.

Согласно положениям ч. 4 ст. 231 УПК о месте, дате и времени судебного заседания стороны должны быть извещены не менее чем за пять суток до его начала. Однако с учетом указанных выше сроков поступления материала в суд и назначения судебного заседания это требование закона заведомо не могло быть выполнено, что свидетельствует о ненадлежащем извещении участников судебного разбирательства о дате, времени и месте его проведения, поясняется в решении.

Адвокат К., выражая несогласие с обращением судьи, указал на ненадлежащее извещение о дате, времени и месте судебного заседания. Согласно его пояснению помощник судьи только после 18:00 23 мая уведомил его по телефону о рассмотрении ходатайства 24 мая, не указав ни время, ни зал заседания. На сайте суда сведений об указанном судебном материале и времени его рассмотрения также не было, пояснил К.

Совет АП г. Москвы обратил внимание, что квалифкомиссией были изучены представленные копии телефонограмм, составленных помощником судьи М., об извещении К. о необходимости явки в суд утром 24 мая для рассмотрения ходатайства следователя, а также докладной записки помощника судьи от 24 мая о том, что К. не отвечал на телефонные звонки. Совет посчитал, что представленная копия телефонограммы не может служить доказательством надлежащего уведомления о судебном заседании вследствие низкой степени ее верификации и отсутствия доказательств получения телефонограммы адвокатом.

В решении подчеркивается, что при рассмотрении дисциплинарного производства действует презумпция добросовестности адвоката, обязанность опровержения которой возложена на заявителя, который должен доказать обстоятельства, на которые ссылается.

Обращаясь к Определению Конституционного Суда РФ от 15 июля 2008 г. № 456-О-О, Совет АПГМ указал, что сообщение суда (судьи) в адрес адвокатской палаты является одним из поводов для возбуждения дисциплинарного производства в отношении адвоката. Установление оснований для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности отнесено законодателем к компетенции органов адвокатского сообщества, для которых частное определение или постановление суда не имеют преюдициальной силы.

При таких обстоятельствах совет палаты счел: квалифкомиссия пришла к правильному выводу о том, что презумпция добросовестности адвоката К. не опровергнута, так как его доводы о ненадлежащем извещении о судебном заседании не опровергнуты.

Кроме того, были учтены наличие уважительных причин неявки адвоката в судебное заседание, а также принятие им мер по надлежащему уведомлению суда о невозможности явки. Так, утром 24 мая К. подал в приемную суда заявление с информацией о профессиональной занятости в указанную дату и невозможности прибыть в судебное заседание по рассмотрению судебного материала.

В решении отмечается, что в этот день К. участвовал в заседании Московского городского суда, где осуществлял защиту другого обвиняемого. При этом адвокат представил сообщение районного суда, из которого усматривается, что о дате судебного заседания в апелляционной инстанции Мосгорсуда ему стало известно 17 мая – т.е. значительно раньше, чем могла быть отправлена и получена телефонограмма суда о судебном заседании по защите З.

Как указал Совет АПГМ, представленная адвокатом справка следователя подтверждает его довод о занятости вечером 24 мая в проведении следственных действий. Указанные доводы заявителем также не опровергнуты. Таким образом, совет палаты пришел к выводу о прекращении дисциплинарного производства вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства отсутствия допустимого повода для его возбуждения.

Адвокат АК «СанктаЛекс» Павел Гейко в комментарии «АГ» отметил, что проблема несвоевременного извещения адвокатов о рассмотрении «стражных» материалов давняя и по настоящее время очень актуальная. «Подобные случаи происходят повсеместно: следственные органы регулярно не успевают в срок направить материалы, а суды в свою очередь не всегда учитывают установленные процессуальным законом сроки надлежащего уведомления стороны защиты об их рассмотрении. Прокуратура на это тоже, как правило, не реагирует», – рассказал он.

С другой стороны, добавил Павел Гейко, подобное поведение системы дает основания полагать, что следственные органы и суды порой пренебрегают занятостью адвокатов, а ведомственные интересы ставятся выше прав и интересов тех, кому адвокаты оказывают квалифицированную юридическую помощь. По его мнению, в подобных обращениях о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности допущенные госорганами нарушения нередко вуалируются под беспокойство о нарушенном праве на защиту.

«Отсутствие в обращении судьи юридической квалификации действий адвоката, вероятно, вызвано желанием избежать указания на нарушенные следствием и судом процессуальные нормы, поскольку невозможно дать квалификацию действиям адвоката без ссылок на нормы УПК, на которые ссылается cовет палаты в своем решении. Логика такого поведения судов ставит адвоката “меж двух огней”: он неизбежно будет вынужден нарушить право на юридическую помощь либо того, к кому не явился по ненадлежащему вызову, либо того, кому должен оказать ранее запланированную юридическую помощь», – резюмировал Павел Гейко.

Адвокат АБ «Анохин и Фёдоров» Станислав Анохин обратил внимание, что дисциплинарные обвинения в неявках в судебные заседания без уважительных причин регулярно становятся предметом рассмотрения адвокатских палат.

«Отрадно, что в данном вопросе органы адвокатского сообщества, к компетенции которых относится установление оснований для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности, при полном и всестороннем рассмотрении жалоб придерживаются последовательной позиции признания презумпции добросовестности адвокатов», – отметил он.

По мнению Станислава Анохина, такой подход позволяет адвокатам, добросовестно исполняющим профессиональные обязанности, заблаговременно планировать участие в судебных заседаниях и следственных действиях с учетом приоритета, что, безусловно, повышает авторитет адвокатуры и положительно влияет на качество оказания юридической помощи (Разъяснение Комиссии ФПА по этике и стандартам «По вопросам приоритета участия адвоката в судебных заседаниях и приоритета профессиональной деятельности над иной деятельностью», утв. 16 февраля 2018 г.).

Адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов считает, что решение Совета АПГМ можно только приветствовать, поскольку оно объективное, обоснованное и мотивированное.

Адвокат пояснил, что в рассматриваемом случае нарушение было допущено судьей, который принял ходатайство о продлении меры пресечения позднее установленного законом срока. Это, в свою очередь, повлекло экстренное назначение судебного заседания на следующий день – также с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства.

По мнению Николая Герасимова, даже указанных обстоятельств было бы достаточно для того, чтобы установить отсутствие каких-либо нарушений со стороны адвоката. Однако, подчеркнул он, в дополнение к указанным обстоятельствам адвокатом были представлены доказательства, подтверждающие его занятость в день, на который судом было назначено заседание.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button