Режим совместной собственности автомобиля не препятствует его конфискации по приговору Юридический центр
Режим совместной собственности автомобиля не препятствует его конфискации по приговору

Как указал ВС, в случае применения такой меры уголовно-правового характера заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от ареста или об исключении его из описи в порядке гражданского судопроизводства, или для определения доли в общем имуществе супругов

В комментарии «АГ» защитник осужденного отметил, что при конфискации автомобиля, находящегося в совместной собственности супругов, нарушаются права невиновного супруга, что недопустимо влечет коллективную ответственность. Одна из экспертов «АГ» заметила, что суд первой инстанции, зная о нахождении машины в совместной собственности и вынося решение о конфискации, по сути, разрешил вопрос в отношении лица, не участвующего в уголовном деле. Другой полагает, что ВС принял обоснованное решение, буквально толкуя содержание нормы, регулирующей данную дополнительную меру ответственности за преступление. Третий заметил, что ВС категорично обозначил отсутствие у суда, принимающего решение о конфискации автомобиля, обязанности определять наличие или отсутствие супружеской доли и ее размер.

9 ноября Верховный Суд вынес Определение суда кассационной инстанции по делу № 12-УДП23-8-К6, в котором пояснил, что факт нахождения автомобиля в совместной собственности супругов не препятствует его конфискации по приговору суда в отношении одного из них за вождение в нетрезвом виде.

В октябре 2022 г. суд признал Андрея Трофимова виновным в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному взысканию за такие же действия (ч. 1 ст. 264.1 УК РФ). Он был приговорен к обязательным работам на срок 400 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года и 11 месяцев. В соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК автомобиль осужденного, который использовался при совершении преступления, был конфискован и обращен в собственность государства. Апелляция оставила приговор в силе.

Шестой кассационный суд общей юрисдикции, рассмотрев кассационную жалобу адвоката АП Республики Марий Эл Юрия Ложкина в защиту осужденного, отменил приговор и апелляционное определение в части решения о конфискации и обращении в собственность государства автомобиля. Кассация указала, что судом первой инстанции были допущены существенные нарушения закона при разрешении вопроса о конфискации имущества, поскольку по смыслу ст. 256 ГК РФ и ст. 34 СК РФ конфискованный автомобиль является не личной собственностью осужденного, а совместной собственностью супругов Трофимовых. В этой части дело было возвращено на новое рассмотрение.

Далее заместитель Генерального прокурора РФ Игорь Ткачёв обжаловал решение кассации в Верховный Суд, указав, что конфискация автомобиля выступает безальтернативной мерой уголовно-правового характера и что факт нахождения его в совместной собственности супругов не препятствует конфискации имущества либо его доли, принадлежащей виновному. Соответственно, супруга Андрея Трофимова не лишена возможности обратиться с требованием о выделе доли в совместном имуществе для обращения на нее взыскания.

В представлении также отмечалось, что осужденный, несмотря на вступление приговора в законную силу, в январе 2023 г. продал автомобиль, поэтому кассации следовало изменить решения нижестоящих судов и обратить в доход государства денежную сумму, эквивалентную доле Андрея Трофимова в подлежавшем конфискации транспортном средстве, в размере половины его стоимости.

Рассмотрев дело, Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ отметила: Шестой КСОЮ не учел, что в силу требований п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискации подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ. По смыслу этой нормы для ее применения нужно установить наличие двух условий: принадлежность автомобиля обвиняемому и использование этого т/с при совершении преступления. Каких-либо ограничений, в том числе касающихся режима собственности подлежащего конфискации имущества, ст. 104.1 УК РФ не содержит.

Как указал Суд, в рассматриваемом случае факт использования Андреем Трофимовым автомобиля, а также его принадлежность осужденному на праве собственности были установлены на основе имеющихся в деле доказательств. Таким образом, была установлена совокупность обстоятельств, с которыми закон связывает возможность применения конфискации имущества как меры уголовно-правового характера. Кроме того, первая инстанция отвергла позицию стороны защиты о невозможности конфискации автомобиля ввиду его приобретения в период брака, сославшись на положения ст. 119 Закона об исполнительном производстве, согласно которым заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от ареста или об исключении его из описи в порядке гражданского судопроизводства, а также отметив, что супруга осужденного вправе обратиться в порядке гражданского судопроизводства для определения доли в общем имуществе супругов.

«Между тем суд кассационной инстанции в своем постановлении не привел суждений, по которым он признал несостоятельными приведенные выводы суда первой инстанции о наличии предусмотренной действующим законодательством возможности защиты супругой Андрея Трофимова своих прав на конфискованное транспортное средство», – заметил ВС. Он указал, что в случае возникновения каких-либо сомнений и неясностей при исполнении приговора в части конфискации автомобиля, включая его утрату либо передачу другим лицам, они могут быть разрешены в порядке, предусмотренном Законом об исполнительном производстве, либо в порядке, предусмотренном ст. 397, 399 УПК, либо иным путем, предусмотренным законом. При этом отмены приговора в целом либо в части конфискации имущества в данном случае не требуется.

Верховный Суд добавил, что содержащаяся в кассационном представлении просьба об изменении решений нижестоящих судов самим судом кассационной инстанции и об обращении в доход государства денежной суммы, эквивалентной доле осужденного в подлежавшем конфискации имуществе, не может быть удовлетворена, поскольку материалы дела не содержат достоверных сведений о состоянии подлежащего конфискации автомоибля, его стоимости и фактическом местонахождении. При этом исследование этих обстоятельств выходит за пределы полномочий кассации. В связи с этим ВС отменил кассационное постановление Шестого КСОЮ и оставил в силе приговор и апелляционное постановление.

По мнению адвоката Юрия Ложкина, с позицией ВС о том, что все заинтересованные лица, чьи права нарушаются изъятием автомобиля, могут обратиться за защитой своих прав в порядке гражданского судопроизводства, в рамках Закона об исполнительном производстве или в порядке ст. 397, 399 УПК РФ, нельзя согласиться, так как в законе четко написано, что конфискация автомобиля возможна только при нахождении его в собственности обвиняемого.

«Конечно, в данном случае конфискация может не работать как средство для предотвращения совершения таких преступлений, как того хотел законодатель, когда усиливал ответственность по данного рода преступлениям, поскольку виновные лица начнут злоупотреблять правом, ссылаться на нарушение прав своих супругов. Поэтому необходимо внести изменение в законодательство и конфисковывать денежный эквивалент доли, принадлежащей обвиняемому, в праве собственности супругов на транспортное средство. В противном случае при конфискации автомобиля, находящегося в совместной собственности супругов, будут нарушаться права невиновного супруга, что недопустимо влечет коллективную ответственность. В порядке гражданского производства невиновный супруг не сможет защитить себя, если уже вступило решение суда по уголовному делу о назначении наказания и конфискации», – подчеркнул Юрий Ложкин.

Адвокат АП Свердловской области Екатерина Нечаева с сожалением отметила, что с момента введения конфискации в ст. 264.1 УК РФ Верховный Суд придерживается позиции о том, что не имеет значения, находится ли конфискуемое имущество в общей собственности супругов. «С такой позицией согласиться сложно хотя бы потому, что нахождение автомобиля не в единоличной собственности осужденного уже является препятствием для конфискации в силу того, как это сформулировано в ст. 104.1 УК РФ, плюс одновременно нарушаются права другого собственника этого имущества. УК не предусматривает конфискацию автомашины по частям, а также конфискацию имущества третьих лиц, не являющихся осужденными за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК. Согласно СК РФ супруга осужденного не несет ответственности по его обязательствам и за его действия», – заметила она.

По словам эксперта, суд, зная о нахождении автомашины в совместной собственности и вынося решение о конфискации, по сути, разрешил вопрос в отношении лица, не участвующего в уголовном деле. «По моему мнению, Шестой КСОЮ вынес решение, правильное и с точки зрения соблюдения ст. 104.1 УК РФ, и с точки зрения соблюдения процессуального права, направив вопрос о конфискации на разрешение в порядке ст. 396–399 УПК. Именно в этом порядке как раз и мог быть разрешен вопрос, поставленный в кассационном представлении прокурора, о возможности применения ст. 104.2 УК РФ в связи с состоявшейся продажей автомашины: об обращении взыскания на эквивалентную денежную сумму, а с учетом супружеской доли – в размере половины стоимости автомобиля. Этот порядок одновременно отвечал бы достижению соблюдения интересов и государства и супруги. Как видно из содержания определения ВС РФ, в этом уголовном деле обеспечительные меры в виде ареста на автомобиль не применялись, его рыночная стоимость не определялась. То есть на досудебной стадии или в суде первой инстанции супруге оспаривать было нечего. Право супруги стало нарушенным с момента вынесения приговора суда, в котором была применена конфискация совместной собственности супругов – автомобиля», – заметила Екатерина Нечаева.

Направляя супругу осужденного в различные виды обжалований, как полагает адвокат, ВС РФ нарушает принцип процессуальной экономии, создавая еще ряд судебных дел. «Кстати, судебная практика в настоящее время такова, что супругам зачастую не удается защитить свое право при помощи раздела имущества именно исходя из уже установленного статуса имущества как конфискованного. Плюс немаловажно, что автомобиль – это неделимая вещь в натуре, поэтому при его разделе между супругами автомобиль обычно остается у одного супруга, а второму присуждается денежная компенсация стоимости. ВС РФ счел, что в ст. 104.1 УК РФ ничего не говорится про совместную собственность супругов, значит, это не препятствие для применения данной статьи. При такой правоприменительной “логике” вопрос конфискации автомобиля, находящегося в совместной собственности супругов, нуждается в дополнительной детализации законодателя и проверке Конституционным Судом», – полагает Екатерина Нечаева.

Управляющий партнер АБ «Михальчик и партнеры ЮК» Алексей Михальчик заметил, что норма о конфискации автомашины, использованной при совершении преступлений, предусмотренных ст. 264.1–264.3 УК РФ, была внесена не так давно по меркам уголовного судопроизводства. «Вполне естественно, что практика ее применения продолжает формироваться судами. Скажу больше: до того, как я ознакомился с данным решением ВС РФ, я в целом придерживался толкования, примененного по делу судом кассационной инстанции, так как применительно к общему имуществу супругов наличие у автомобиля титульного собственника не имеет значения для факта его принадлежности второму супругу. Вместе с тем соглашусь, что ВС все же принял обоснованное решение, буквально толкуя содержание нормы, регулирующей данную дополнительную меру ответственности: автомобиль принадлежит обвиняемому и был использован для совершения преступления, следовательно, он подлежит конфискации. Коллизия с другими отраслями права здесь, возможно, и присутствует, но интересы супруги как второго собственника действительно могут быть соблюдены с применением механизмов Закона об исполнительном производстве. Норма о конфискации показала свою достаточную эффективность на практике, так как она учитывает психологию совершения преступления: лица, лишенные прав управления, но имеющие автомашину, продолжают ее системно использовать, несмотря на запрет, просто в силу ее наличия. Количество рецидивов очень большое, но конфискация автомашины, собственно, лишает их возможности повторно совершать преступления», – считает он.

Председатель КА «Династия», доцент ГАУГН Борис Асриян заметил, что Верховный Суд категорично обозначил отсутствие у суда, принимающего решение о конфискации автомобиля, обязанности определять наличие или отсутствие супружеской доли и ее размер. «Всего два условия необходимы для принятия решения о конфискации: принадлежность автомобиля обвиняемому и его использование при совершении преступления. Несмотря на то что прокурор в своем кассационном представлении просил вернуть дело на новое кассационное рассмотрение, в котором кассации надлежало бы обратить в доход государства половину стоимости транспортного средства, т.е. только супружескую долю осужденного, ВС РФ решил оставить в силе решение о полной конфискации имущества, предложив разбираться супругам с правовым положением совместно нажитого имущества в отдельном процессе. Предположение прокурора о допустимости в ходе рассмотрения уголовного дела конфисковать 1/2 доли автомобиля в денежном эквиваленте при наличии супружеской доли представляется нецелесообразным, так как в компетенцию судьи, рассматривающего уголовное дело, не входят функции рассмотрения семейного спора. Более того, доля супругов в совместно нажитом имуществе не всегда равняется 1/2. Необходимо отметить, что по аналогии подобный подход будет применяться и к автомобилям, купленным в кредит, находящимся в залоге», – заметил он.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button