ВС не дал взыскать вложенные инвестиции на основании ранее вынесенного судебного акта Юридический центр
ВС не дал взыскать вложенные инвестиции на основании ранее вынесенного судебного акта

Суд отметил, что одна лишь оценка конкретного доказательства не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции

Один из экспертов указал, что именно суд должен был задать сторонам правильный вектор доказывания, чего сделано не было; это, возможно, и стало основанием для вывода высшей судебной инстанции о необходимости перепроверить обстоятельства дела. Второй заметил, что ВС обратил особое внимание на то, каким образом наиболее корректно оценивать решения других судов с точки зрения их преюдициального значения.

24 октября Верховный Суд вынес Определение
№ 301-ЭС23-11499 по делу № А79-4658/2022, в котором указал, на основании чего именно суд может прийти к выводу о преюдициальном значении иного судебного акта

1 июля 2010 г. АО «Специализированный застройщик “Ипотечная корпорация Чувашской Республики”» заключила с ООО «Управляющая компания “Сельский комфорт”» инвестиционный договор о строительстве автономной котельной с комплексом оборудования на первом этаже многоквартирного жилого дома в г. Новочебоксарске, по условиям которого инвестор должен был получить по окончании строительства право на оформление этого объекта в собственность. Общая сумма инвестирования была определена в размере свыше 8,8 млн руб., которые УК «Сельский комфорт» обязалась выплачивать ежеквартально равными долями в течение 15 лет с момента подписания договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет заказчика-застройщика либо по согласованию сторон в иной форме. Согласно п. 3.2.5 договора объект должен быть передан заказчиком-застройщиком инвестору по акту приема-передачи после подписания разрешения на ввод его в эксплуатацию.

Во исполнение обязательств по договору УК «Сельский комфорт» уплатила около 6,5 млн руб. акционерному обществу. 1 июня 2017 г. «Ипотечная корпорация Чувашской Республики» по акту приема-передачи передала инвестору котельную с комплексом оборудования общей площадью 88,1 кв. м, расположенную на первом этаже МКД. 8 ноября того же года инвестор зарегистрировал право собственности на данный объект.

20 сентября 2021 г. Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики по делу № 2-1516/2021 признал нежилое помещение общей площадью 88,1 кв. м, расположенное на первом этаже МКД, и находящееся в нем движимое имущество в виде комплекса оборудования газовой котельной общим имуществом собственников помещений двух многоквартирных домов. Право собственности компании на данное нежилое помещение и его движимое имущество было прекращено. В связи с этим УК «Сельский комфорт» обратилась в арбитражный суд с иском к «Ипотечной корпорации Чувашской Республики» о взыскании уплаченной ей суммы как неосновательного обогащения, сославшись на то, что право собственности на котельную, за строительство которой внесены денежные средства по инвестиционному договору, признано за собственниками помещений МКД.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования, с чем согласилась апелляция. Они руководствовались ст. 309, 310, 1102, 1109 ГК, ст. 8 Закона об инвестиционной деятельности в РФ, осуществляемой в форме капитальных вложений, и исходили из того, что вступившим в законную силу судебным актом нежилое здание котельной и находящееся в нем движимое имущество признаны общим имуществом собственников помещений МКД, право собственности компании на указанное имущество прекращено, а потому основания для удержания полученных от инвестора средств у ответчика отсутствуют. Кассация согласилась с этим, отклонив довод «Ипотечной корпорации Чувашской Республики» об исполнении им обязательства по строительству котельной, возложенного договором. Кроме того, сославшись на разъяснения, приведенные в абз. 6 п. 61 Постановления Пленумов ВС и ВАС от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд округа признал доводы о неверной правовой квалификации спорных правоотношений не имеющими правового значения для разрешения спора, отметив, что восстановление на объект недвижимости прав дольщиков, за счет которых осуществлялось строительство общего имущества МКД, дает истцу право на возмещение затрат, понесенных по договору купли-продажи.

«Ипотечная корпорация Чувашской Республики» обратилась в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС напомнила, что по смыслу ст. 1102 ГК в предмет доказывания по иску о взыскании неосновательного обогащения входят: установление обстоятельств (факта) получения (сбережения) ответчиком имущества за счет истца; отсутствие для этого установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований; размер неосновательного обогащения.

ВС отметил, что суды, разрешая спор по данному делу и определяя на стороне ответчика неосновательное обогащение в размере уплаченных ему истцом денежных средств за строительство котельной в рамках договора, исходили из преюдициального значения вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции по делу № 2-1516/2021, которым помещение котельной и находящееся в нем движимое имущество признаны общим имуществом собственников помещений МКД, а право собственности компании на это имущество прекращено.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 АПК вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. По смыслу приведенной процессуальной нормы, разъяснил Верховный Суд, преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее по другому делу основано на оценке спорных правоотношений в определенном объеме. Преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом, добавил ВС, одна лишь оценка конкретного доказательства в той или иной части не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.

Из судебного акта по делу № 2-1516/2021 по иску одного из собственников помещений в МКД о признании спорного объекта общим имуществом не следует, что суд общей юрисдикции исследовал отношения общества и компании, связанные с заключением и исполнением договора, поименованного ими как «инвестиционный», и давал им какую-либо правовую квалификацию. Вместе с тем, заметил Верховный Суд, вопреки выводу кассации данные обстоятельства имеют существенное значение для разрешения настоящего спора.

Он указал, что позиция о необходимости выявления природы договоров, именуемых сторонами «инвестиционными», неоднократно высказывалась в судебных актах высших судебных инстанций (постановления Президиума ВАС от 6 сентября 2011 г. № 4784/11; от 24 января 2012 г. № 11450/11; от 5 февраля 2013 г. № 12444/12 и др.) и связана с тем, что понятие «инвестиции» не имеет собственного строгого или общепризнанного юридического содержания, а потому при использовании в наименованиях договоров оно может обозначать разнообразные отношения, складывающиеся между участниками гражданского оборота. В п. 4 Постановления Пленума ВАС от 11 июля 2011 г. № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» разъяснено, что при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам гл. 30 «Купля-продажа», 37 «Подряд», 55 «Простое товарищество» ГК и т.д.

Как заметил ВС, в ходе рассмотрения дела между сторонами возникли разногласия относительно правовой природы спорного договора. Истец считал, что данный договор является договором купли-продажи будущей вещи, а ответчик рассматривал его договором подряда. Однако суды не учли приведенные разъяснения и не дали оценку данным разногласиям и возражениям сторон. Из судебных актов по делу не усматривается, что суды устанавливали обстоятельства, обосновывающие данные разногласия и возражения.

ВС отметил: в судебном заседании представитель истца ссылался на то, что котельная проектировалась как вспомогательный объект, предназначенный для обеспечения МКД тепловой энергией, не имела самостоятельного значения, на ее строительство не выдавалось отдельного разрешения, построена одновременно с МКД и введена в эксплуатацию в 2005 г., однако он не смог пояснить причину заключения с ответчиком в 2010 г. договора о ее строительстве, обеспеченного договором залога.

При этом, указал Верховный Суд, ответчик указывал, что факты выполнения им работ по договору и передачи их результата истцу подтверждены актом приема-передачи от 1 июля 2014 г. Он также представил утвержденный постановлением главы администрации г. Новочебоксарска от 5 августа 2005 г. № 259-6а акт государственной приемочной комиссии от 29 июля 2005 г. о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта – многоквартирного жилого дома в г. Новочебоксарске, в разделе «Площадь встроенно-пристроенных помещений» которого указаны прочерки, а также распоряжение администрации города от 22 апреля 2014 г. № 809 о внесении изменений в указанный акт, согласно которому п. 10 акта изложен в новой редакции: в раздел «Площадь встроенно-пристроенных помещений» добавлена строка «котельная, площадь по проекту 87,3 кв. м, фактическая площадь 88,1 кв. м». Представитель ответчика также пояснил, что изначально снабжение коммунальными ресурсами МКД осуществлялось через централизованную систему, а с 2014 г. – от спорной котельной.

Между тем, отметил ВС, при наличии противоречивых сведений о моменте возведения и введения в эксплуатацию котельной, за строительство которой истец уплатил ответчику испрашиваемые денежные средства, суды данный вопрос не выясняли, соответствующие документы у сторон не запрашивали, в том числе разрешительную и проектно-сметную документацию. Также Верховный Суд не признал обоснованной ссылку кассации на то, что строительство спорного объекта осуществлялось за счет дольщиков, поскольку она носит предположительный характер, не подтверждена доказательствами, также это обстоятельство судами первой и апелляционной инстанций не исследовалось. Таким образом, судебные акты трех инстанций были отменены, а дело – направлено на новое рассмотрение.

В комментарии «АГ» старший юрист АБ г. Сочи «Присяжный поверенный» Алексей Спелов отметил, что на первый взгляд требования о неосновательном обогащении подлежат удовлетворению в рассматриваемом случае: если право на помещение у инвестора прекращено, то деньги нужно вернуть (так или иначе), тем более их получение застройщиком не оспаривается. Но коллегия Верховного Суда РФ засомневалась в обоснованности такого вывода с учетом ряда противоречивых доказательств, имеющихся в материалах дела.

Эксперт указал, что ВС еще раз подчеркнул, насколько важно «отделять зерна от плевел». В каждом из споров применен разный способ защиты права, со своим набором фактов, который должна доказать сторона, чтобы решение состоялось в ее пользу (предмет доказывания), и основанием заявленных требований. «Верховный Суд РФ неоднократно отмечал, что именно на суд возлагается обязанность по определению предмета доказывания как совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Именно суд должен был задать сторонам правильный вектор доказывания, чего сделано не было. Полагаю, указанное и стало основанием для вывода высшей судебной инстанции о необходимости перепроверить обстоятельства дела», – указал Алексей Спелов.

Управляющий партнер юридической фирмы Bishenov & Partners Максим Захаров отметил, что ВС обратил особое внимание на то, каким образом наиболее корректно оценивать решения других судов с точки зрения их преюдициального значения. «Не всегда довод, изложенный в решении по другому делу, по умолчанию является преюдицией. ВС указал, что преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела, а одна лишь оценка конкретного доказательства не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции. То есть участникам спора не всегда следует рассчитывать на обстоятельства и выводы, установленные судом в другом деле, как на неоспоримые и не требующие дополнительного исследования», – пояснил эксперт.

Он также назвал интересной мысль суда о том, что понятие «инвестиция» может иметь различное юридическое значение в конкретном контексте. «Инвестиционные отношения могут оцениваться, например, как отношения по купли-продаже будущей вещи, а могут как подрядные отношения, что влечет разные правовые последствия для их участников», – указал Максим Захаров.

Источник: Адвокатская газета

Call Now Button